26 октября 2020

Три раунда с Крамником и раунд со смертью

Вторая часть рассказа Дмитрия Кряквина об олимпийском чемпионе Алексее Выжманавине

В конце 1991-го Союз перестал существовать, и множество ведущих гроссмейстеров распавшегося государства оказались за границей. А между тем год спустя Российской шахматной федерации необходимо было сформировать команду для участия во Всемирной шахматной Олимпиаде в далекой Маниле. РШФ была охвачена войной каспаровцев против карповцев – сложилась очень непростая ситуация. Ввиду непримиримых разногласий с действующим чемпионом мира в Манилу не хотели лететь Анатолий Карпов и Валерий Салов, а Артур Юсупов перенес бандитское нападение в своей квартире, получил ранение и увез семью от греха подальше в Германию. Мудрый Юрий Разуваев при поддержке Каспарова «продавил» в сборную молодого Крамника, а вот место второго запасного оставалось вакантным… Шли дрязги, закулисные интриги, потом эта тема даже обсуждалась в прямом эфире на телевиденье между двумя «К».

Тренер команды Сергей Макарычев в этой ситуации позвонил Выжманавину и сказал: «Алексей, прошу тебя сейчас никуда не уезжать. Конечно, ты пока в кандидатском списке, но если никто из главных звезд не поедет – я беру тебя!» Увы, в этой ситуации от Сергея Юрьевича зависело немногое, и окончательная заявка России стала известна чуть ли не за день до вылета…

Выжманавин же сидел дома. Олимпиада, Олимпиада, сборная! В советское время попасть в команду, где были одни легенды, казалось немыслимым! Неужели мечта сбылась? Но на календаре сменялись дни, а вестей из лагеря команды не поступали. Несколько недель Алексей сидел дома, никуда не выходя и мечтая о долгожданном звонке. Постепенно гроссмейстер стал буквально лезть на стенку от эмоционального перенапряжения, а потом перешел на «снятие стресса». Но самое страшное едва не произошло, когда тренер все-таки дозвонился домой Выжманавиным и сообщил о необходимости прибыть в аэропорт. Новоиспеченный член сборной встал в позу: «Они что, специально надо мной издевались? Я никуда не поеду! Пусть Каспаров играет на двух досках! Нельзя на двух? Ничего, Макарычев – сильный теоретик, может не только тренировать, но и играть. Я не поеду, и не надо меня уговаривать!» Его близким стоило больших усилий вытолкать гроссмейстера в дверь с чемоданом и усадить в машину, за рулем которой для верности сидел брат супруги.

В первых турах Олимпиады сборная России играла против уступающих в силе команд: Филиппин и Швейцарии. Команда выходила на тур в строго определенном боевом порядке. Впереди мчался, сверкая глазами, чемпион мира Гарри Каспаров. Гарри Кимович достиг только что стратегической победы над карповским лагерем, и победа в Маниле значила очень многое – Каспаров был настроен просто разорвать первую доску. Следом спортивной походкой легко поддерживал темп чемпиона Сергей Долматов, а потом более степенно шагали шахматные атлеты Владимир Крамник, Александр Халифман, Алексей Дреев. К сожалению, в одном из походов группе атлетов пришлось придерживать своего товарища – Выжманавин еще не отошел от «снятия стрессов» в период ожидания. Еще один трагикомичный эпизод чуть не произошел, когда сборная в конце турнира уже лидировала с большим отрывом и практически обеспечила себе победу.

В матчах Олимпиады столики лидеров стояли на своеобразном помосте, под которым внизу игрались менее значимые поединки. Внезапно во время тура Выжманавин встал на край платформы и рисковал рухнуть вниз на условный матч Бангладеша. Ситуация выглядела критической, член сборной России зашатался, но в этот момент из партнеров по команде с мастерством шаолиня выбросил руку и удержал своего соратника в игре.

«Выжманавин был непростым в общении человеком, но он умел дружить и никогда не отказывал людям в помощи. При внешней грубоватости был очень добрым и очень помог мне, когда я оказался в Москве наедине с огромным, чужим городом. Колоссальный природный шахматный талант, феноменально игравший в блиц. Вместе с этим он блестяще играл с длинным контролем, очень глубоко и тонко – были все качества сильного шахматиста. К сожалению, в конце 80-х еще существовал СССР, «железный занавес», и реализовать себя в полной мере, как и многим из того поколения, тогда Алексею не удалось. Одно время мы жили недалеко друг от друга, часто приходили в гости, играли тренировочные партии, блицевали и не раз соседствовали на соревнованиях, когда ситуация заставляла жить в двухместном номере» (А. Дреев).

Несмотря на эпизод с помостом, в Маниле Выжманавин не подвел, сыграл без поражений и выиграл решающую встречу в матче с основными конкурентами – сенсационно завоевавшей «серебро» сборной Узбекистана. По возвращении олимпийцам вручили премию по 1000 долларов и… назначили стипендию в 150 рублей «за выдающиеся успехи». Алексей с его внутренней гордостью сразу же отказался от такой оскорбительной подачки; кажется, так поступили и все сборники.

Фото А.Федорова

Приближался командный чемпионат Европы, но и тут попадание Алексея в состав не было гарантированным. Возвращался в строй сдававший экзамены в институте во время Олимпиады Бареев. Однако из-за разногласий с федерацией отказались от участия Долматов и Халифман, а Макарычев еще по армейским турнирам знал шахматиста, которому в такой сложной и накаленной ситуации можно доверять. Действительно, Выжманавин всегда имел славу хорошего командного шахматиста и прекрасно проявлял себя в напряженные моменты этой сложной борьбы стенка на стенку.

На командном чемпионате Европы, понимая ответственность момента и помня скептические манильские взгляды лидера сборной, Алексей Выжманавин играл прекрасно и одержал ряд важных побед. Отлично выступила и вся команда, легко завоевавшая золотые награды. По итогам 1992 года после ряда отличных выступлений рейтинг Выжманавина вырос до 2620 пунктов – в рейтинг-листе ФИДЕ Алексей занимал место сразу за вторым десятком лучших шахматистов мира и прорвался если не в элитные, то в очень солидные соревнования.

В Леоне-1993 он обогнал Анатолия Карпова, Веселина Топалова, Петера Леко и занял чистое второе место после Леонида Юдасина. Первые места не брал, но становился вторым или в дележе второго места еще в нескольких очень крупных турнирах. В Испании он познакомился с менеджером Веселина Топалова Сильвио Данаиловым, который организовал Выжманавину участие в еще нескольких европейских соревнованиях.

В те годы ему помогали природное дарование и невероятная концентрация – это перевешивало вред от любых загулов и посиделок. Когда впереди предстояла решающая схватка, Алексей мог собраться и абсолютно не боялся самых грозных соперников. Он верил в свою счастливую звезду и очень гордился именно теми партиями, которые выигрывал у подлинных хищников шахматной доски.

«Юра Дохоян утверждал, смеясь, что у Выжманавина мания гениальности, а у меня мания бездарности» (из воспоминаний Андрея Харитонова).

К сожалению, его выступление на командном чемпионате мира 1993 года оказалось последним в составе сборной. К тому времени в войнах за РШФ сторонники Карпова сумели перехватить инициативу, вынудив уйти в отставку ставленника Каспарова начальника ГУВД Москвы Аркадия Мурашёва. Команду на поездку в швейцарский Люцерн формировал новый тренер – известный гроссмейстер Юрий Разуваев. Разумеется, при таком раскладе Каспаров отсутствовал, но поездку проигнорировал и Карпов. Тем не менее, россияне все равно выглядели явными фаворитами: Крамник, Халифман, Бареев, Долматов, Дреев, Выжманавин.

Начиная с 1952 года советская, а потом российская команда выигрывала абсолютно все Олимпиады, командные чемпионаты мира и Европы. Исключением оказался лишь Буэнос-Айрес-1978, где Портишу с венграми удалось чудом опередить непобедимую красную машину. Поэтому ожидания от поездки в Люцерн у болельщиков и нового руководства федерации во главе с Евгением Бебчуком были большие, но все пошло не по плану. Команда быстро потеряла шансы на первое место, а в результате и вовсе оказалась третьей. Не в форме оказались лидеры, Выжманавин же и вовсе не выиграл ни одной партии… После такого удара путь в команду ему оказался наглухо закрыт (к слову, после публичной, с битьем кулаком в грудь и воспоминаниях об отцах, штурмовавших Берлин, экзекуции в Москве убрали с тренерского поста и Разуваева), и уже в 1994 году он не рассматривался даже в качестве кандидата.

В целом, его результаты в классических шахматах стали постепенно снижаться. Не сказать, что сильно упал рейтинг, ведь до 1996 года Выжманавин держал Эло за 2600, но снизу стало поджимать поколение талантливых звезд, которые уверенно развивали новые направления дебютной теории и шахматной игры. Петр Свидлер, Александр Морозевич, Сергей Рублевский и другие представляли из себя грозную силу – конкуренция в российских шахматах стала еще жестче. В поединках с новой волной любимый выжманавинский ритуал – с чувством ударить себя в грудь, повторяя: «Да как же я его не обыграю? Я – олимпийский чемпион, семикратный чемпион Вооруженных сил!» далеко не всегда гарантировал успешный исход партии.

Фото В.Левитина

Увы, в этот свой звездный период выдающийся гроссмейстер играл большей частью на старом багаже, оставшемся от сотрудничества с Харитоновым, Кузьминым и спаррингов с Дреевым. Сам он работал не слишком продуктивно, даже не купил компьютер, который в тот момент становился непременным атрибутом его конкурентов. Гроссмейстер излучал невероятную уверенность в своих силах, и ведь он действительно выходил и всех громил. Особенно в рапид и блиц, где Алексей до сих пор являлся одним из лучших! И здесь судьба дала ему уникальный шанс.

Шахматный мир раскололся в этот момент не только в России. Бунтарь-чемпион мира Гарри Каспаров в 1993 году объявил о создании Профессиональной шахматной ассоциации (PCA), которая будет проводить соревнования вне эгиды ФИДЕ, и в первую очередь речь шла о матче на первенство мира Каспаров – Шорт. Президент ФИДЕ Флоренсио Кампоманес тут же объявил о дисквалификации шахматного монарха и претендента на мировую корону, предприняв шаги к организации альтернативного поединка Карпов – Тимман, но многие в этой борьбе примкнули к Каспарову. У ФИДЕ хронически не хватало денег, финансовые скандалы преследовали и подготовку сражения Анатолия Евгеньевича с Яном Хенриковичем, у ПША же, наоборот, появился блестящий генеральный спонсор – компьютерный гигант Intel.

Новая организация тут же анонсировала серию состязаний по быстрым шахматам под названием Intel Grand Prix. Недавно на канале Levitov Chess Владимир Крамник рассказывал, что с точки зрения заработков профессионалов (а Крамник уже входил в топ-5) тогда эти турниры оказались настоящим прорывом. Москва, Париж, Лондон, Нью-Йорк – за выход из квалификации и попадание в 1/8 финала гроссмейстеры получали 5000 долларов, на четвертьфинал 10 000, полуфиналисту причиталось 15 000, финалисту – 20 000, а победителю – целых 30 000! В то время в областном центре за 5000 долларов можно было купить квартиру, не стали еще золотыми цены на квадратный метр и в самой Москве, – все это на фоне невероятного кризиса в стране и очень низких заработков потерявших сбережения советских лет граждан.

В Москве турнир принимал Кремлевский дворец съездов, на сцене которого стояли красочные декоративные шахматные фигуры в пятидесятикратную величину, а между ними вели бои известные гроссмейстеры. Не зря турнир получил название «Кремлевские звезды»! Персональные путевки в финал получили Гарри Каспаров, Виши Ананд, Владимир Крамник, Алексей Широв, Найджел Шорт, Майкл Адамс, Ян Тимман, Майкл Адамс, Василий Иванчук, Виктор Корчной. Из отбора вышли Леонид Юдасин, Зураб Азмайпарашвили, Владимир Маланюк, Илья Смирин, Яан Эльвест. Шестым народным героем оказался Алексей Выжманавин.

Отборочное состязание проходило невероятно нервно –ведь на кону стояли такие деньги, хоть проигравшим решающий тур и вручали несколько утешительных призов в 1000 долларов. «Не бейте по часам, пощадите инвентарь!» – отчаянно призывал перед каждым туром лидирующую группу главный рефери отбора Владимир Дворкович. Но казалось, что никто не слышит эмоциональных слов авторитетного рефери.

Долгое время в турнире лидировал Евгений Бареев, но, видя такой нерв и надрыв, московский гроссмейстер предпочел сделать пару бескровных ничьих, с высокой вероятностью фиксируя выход в следующую стадию соревнования. Однако в последнем туре один из молодых лидеров шахматной России попал черными на Выжманавина и ничего не смог поделать, – Алексей очень сильно провел партию и заменил соперника в финале. Когда Владимир Яковлевич вывешивал жеребьевку заключительного тура, гроссмейстеры с надеждой смотри на листик в руках арбитра, в глубине души моля Каиссу о том, чтобы получить на решающий раунд соперника послабее. Выжманавин же смерил спокойным взором вывешенные пары: «Что же, придется обыграть Женю!»

В нокауте Выжманавин продолжал восхищать своих болельщиков – он отыгрался с Шировым, а потом победил в «Армагеддоне», потом за явным преимуществом прошел Корчного. В полуфинале ему выпало играть с Владимиром Крамником, который сенсационно выбил из борьбы Каспарова. Другая битва за финал развернулась между Анандом и Иванчуком – сильнее оказался представитель Индии.

Позднее Владимир Крамник поведал на пресс-конференции, что осознавал, с какой силы блицором играет, поэтому старался победить Выжманавина в основное время. Алексей же, наоборот, легко «сдал» белый цвет, а потом ловко вывернулся черными. Как он готовился к этому матчу? Изучал варианты? На глазах удивленной жены Алексей открыл… тот самый двухтомник Алехина и с шутками-прибаутками разыграл произвольную партию четвертого чемпиона, рассказывая, что будет в стиле Александра Александровича побеждать могучего противника.

Настал кульминационный момент. В «партии смерти» фавориту выпало играть черными. Крамник легко парировал попытки соперника получить дебютный перевес, но Выжманавин держал некоторый перевес по времени. Фигуры уходили с доски, однако некоторое преимущество белых по времени сохранялось, и было видно: Алексей держит в уме, что это может сыграть решающую роль. Руки мелькали над доской, разменянные фигуры уходили на покой, и в этот момент Владимир поторопился с разменом последних ладей. Глаза Выжманавина блеснули, он тонко перебросил своего слона для атаки неприятельской цепи, и выяснилось – будущий чемпион мира теряет две пешки!

Зал загудел! На задних его рядах собрались посетители парка в «Сокольниках», которые, безусловно, болели за своего давнего знакомца. Там же они азартно делали денежные ставки на идущие партии и аккуратно, чтобы не привлекать лишнего внимания, похлебывали из-под полы загодя принесенные крепкие напитки.

Развязка приближалась. Крамник отчаянно маневрировал слоном, пытаясь отсрочить приближение проходных белых, но последняя стойка черных легко разрушалась цугцвангом.

А.Выжманавин - В.Крамник



Выжманавин на секунду задумался, завис над доской… и тут соперники пожали друг другу руку. «ААААААА!» – закричал хор парковых болельщиков. Все подумали, что Крамник сдался. Главный арбитр Анджей Филипович поднял руки, призывая зал к тишине. На сцене внезапно вывесили табличку: «Ничья». Визуальное состояние соперников подчеркивало правильность зафиксированного результата – счастливый Крамник широкими шагами покинул сцену, а Выжманавин с совершенно ошарашенным видом задержался в кресле.

«Это сплав! Нечестно! Они договорились против Ананда!!!» – заорали на заднем ряду люди, знавшие Speed Demon’a много лет, и те, чьи ставки сгорели, проигрались после такой развязки. Перед финалом Крамник – Ананд была значительная пауза по времени, и зал бушевал, выплескивая направо и налево накопившиеся эмоции.

Что же произошло? Алексей оказался краток: «Это было помутнение рассудка. На секунду мне показалось, что ничья выводит меня в финал!» Уже предложив мир, Выжманавин увидел глаза соперника и все понял. Злые языки в достаточно нелепых, построенных на выдуманных фактах статьях утверждали, что после проигрыша вдрызг пьяный Выжманавин валялся на ступеньках кремлевского дворца. Уверен, что дозу обезболивающего и временно отрубающего память Алексей вечером принял, но он совершенно точно получал огромный приз в 15 000 долларов с женой и вместе с ней уехал на такси домой.

Безусловно, полностью неверно то, что это поражение его как-то надломило. Ведь, несмотря на обидный вылет, Выжманавину за его высокий результат было гарантировано участие в трех оставшихся розыгрышах. Его ждали столицы Франции, Англии и США! Однако хоть в лучшие годы гроссмейстер имел устойчивый иммунитет к поражениям и тут же хотел отыграться, здесь он приходил в себя целых три недели.

Выжманавин с женой сразу после злополучной развязки партии (фото Б.Долматовского)

В новом тысячелетии и уже после смерти Выжманавина история с соглашением на ничью вновь всплыла на страницах шахматной прессы. Крамник завоевал звание чемпиона мира по классической ветви в битве с Гарри Каспаровым, но не собирался играть матч-реванш с первым номером мирового рейтинга. Ряд СМИ, отстаивавших взгляды экс-чемпиона, выстреливали пачками бомб и снарядов по позициям свежеиспеченного шахматного монарха. «Получил титул случайно». «Не продемонстрировал в Лондоне выдающейся игры». «Всегда был везунчиком». «Проиграл все претендентские матчи». К месту оказалась и история с Выжманавиным. В «Шахматном обозрении-64» вышел большой материал, в котором рассказывалось о трагедии Алексея Выжманавина и о том, как же некрасиво, не по-королевски, по мнению автора, повел себя в 1994 году Крамник. Обыгрывалась фраза Владимира: «Ну, не сдаваться же мне…» и другое по теме. Я думаю, что сам Выжманавин очень сильно удивился бы, прочтя эту статью, но в «нулевых» на волне этого безудержного пиара он оказался безоговорочно зачислен в жертвы «коварного Крамника».

Между тем, в Intel Grand Prix-1994 Алексей Выжманавин и Владимир Крамник встретились еще дважды! В Лондоне Алексей прошел в 1/8 финала героя нового отбора Ромуалда Майнку, а потом по игре уступил Крамнику, который чисто реализовал свою «белую» подачу. В Нью-Йорке самородок из «Сокольников» вылетел от Предрага Николича, а вот битва в Париже подарила болельщикам еще одну головокружительную дуэль партнеров по сборной России. Нокаутировав Джонатана Спилмена, Выжманавин затем вновь имел прекрасные шансы обыграть Владимира в «партии смерти». На этот раз ему выпали черные, но Алексей уверенно переиграл грозного соперника и умудрился проиграть сильнейшей стороной окончание «четыре на три»: сначала зевнул почти прошедшую в ферзи проходную, а затем на секундах перешел в проигранный пешечный эндшпиль. По драматизму парижская схватка мало уступала московской, но во Франции не оказалось тех, кто сложил бы из нее легенду.

Владимир Крамник образца 1994 года (фото ChessBase)

Тем не менее, по итогам Гран-при Выжманавин заработал 40 000 тысяч долларов. Очень серьезные по тем временам деньги для игрока, не входящего в самый-самый топ мировой иерархии. Вместе с семьей они переехали из стесненной квартиры и купили большую, четырехкомнатную. Казалось, что у Алексея все только начинается. Но получилось, что трехраундовый бой с Крамником оказался лебединой песней великого героя «Сокольников».

Сезон 1995 года Выжманавин провел не слишком звездно, но случались и успехи. Он разделил второе место после победителя Виорела Бологана на этапе Кубка России в Великом Новгороде, стал призером чемпионата России в составе новосибирского «Вектора» и играл в Еврокубке. Алексей принял участие в новом заезде Intel Grand Prix (Москва и Нью-Йорк), и хоть оба раза сразу вылетел – сначала от Александра Морозевича, а во второй раз от Артура Юсупова, но в США сначала блестяще вышел в нокаут из сильнейшей по составу квалификации.

Со Штатами получилась очень забавная история. Изначально Выжманавин приехал на круговой турнир в Ялту, в котором кроме него принимали участие Василий Иванчук, Виктор Корчной, Алексей Дреев, Александр Онищук, Александр Халифман, Александр Морозевич и Владимир Маланюк. Начиналось все очень красиво – встреча на дорогих машинах, вертолетная экскурсия к пещере «Мраморная», объявленный первый приз в 20 000 долларов, полный зал зрителей. Правда, первые сомнения в солидности турнира появились у участников, когда на открытие не пришел никто из обещанных в афише отцов города, а самым почетным гостем оказался заместитель директора гостиницы, где жили гроссмейстеры.

В первом туре все партии закончились вничью, а Алексей красиво обыграл Онищука. Вечером же организатор Валентин Корниенко собрал игроков и объявил, что спонсоры не подтвердили свои финансовые обязательства, поэтому турнир отменяется. Позднее уже выяснилось, что Корниенко должен очень многим… А на собрании Иванчук предложил вариант спасения состязания: «Раз уж мы приехали, то давайте сыграем в рапид за два дня?!» Он же и победил в нем, получив шахматы ручной работы. А, например, Александру Морозевичу за третье место досталось бутылок 15 крымского вина…

Прошедший жесткую школу жизни Выжманавин был лишен сантиментов Василия Михайловича. Услышав слова организатора, лидер турнира развернулся и улетел в Москву. Оказалось, что его прошлогодняя американская виза еще не истекла, поэтому он махнул на отбор Интела и, несмотря на тяжелую дорогу и ялтинскую нервотрепку, пробился в плей-офф!

Фото Б.Ромашина

Кризис проявился на чемпионате России в Элисте. Алексей начал очень хорошо, быстро вышел в «+2», но на финише посыпался и в итоге закончил турнир в минусе. Уже тогда отозвал во время тура одного из коллег и признался ему, что видит всякую чертовщину… Самое ужасное, что в 1996 году Выжманавин расстался с семьей, последним тормозящим его демонов фактором. Большую квартиру продали, деньги поделили, – Алексей приобрел однокомнатную в Строгино.

В начале 1997-го Выжманавин вошел в число победителей крупной швейцарки в Капелле – вместе с Энтони Майлсом, Рустамом Касымжановым, Владимиром Бакланом, Владимиром Бурмакиным и другими известными шахматистами. Но уже Мемориал Петрова закончился для гроссмейстера катастрофически – его рейтинг рухнул ниже отметки 2600.

Сила блистательного игрока утекала сквозь пальцы, и сам он не мог найти объяснения происходившей перемене. Начал читать Ницше, потом в ход пошла и церковная литература. Но следовали все новые и новые неприятности. На очередном этапе Кубка России в Великом Новгороде в предпоследнем туре Выжманавин тщетно пытался обыграть в эндшпиле претендентку на звание чемпионки мира Алису Галлямову. Алиса Михайловна достойно сражалась с мужчинами (в заключительном туре она обыграла Александра Морозевича и вошла в основные призы) и в этой партии оказала сопернику серьезное сопротивление. Пытаясь найти этюдную победу в сложном слоновом окончании, Алексей позабыл про время и уронил флаг.

Конечно, его друзья, коллеги и одноклубники, видя трагизм ситуации с Алексеем, его катящуюся вниз жизнь, старались ему помочь. Помня о татарских корнях отца, пригласили выступить за суперклуб из Казани, блиставший на российском и европейском форумах. В том же году Выжманавин участвовал в крепком круговом турнире, проходивший в Севастополе. На старте олимпийский чемпион 1992 года играл белыми против Виорела Бологана, который в итоге выиграл турнир, на 1,5 очка опередив ближайшего преследователя. Напряженный староиндийский бой. Выжманавин подзадержался с рокировкой, и этого оказалось достаточным для его соперника, прекрасно чувствовавшего нюансы подобных острых позиций. Виорел нанес один промежуточный удар, потом второй – позиция его противника рассыпалась…

Реакция Выжманавина оказалась неожиданной: он заперся в номере, никого не пускал, отказывался выходить на игру. Товарищи настолько с пониманием отнеслись к проблемам Алексея, что в итоге он закончил турнир с восемью половинками при проигрыше Бологану. Но это оказалась финальная точка. Выжманавин заявил, что шахматы ему осточертели, и больше не выходил на старт соревнований.

Вскоре, в начале 1998 года умер его отец, и Алексей получил солидную сумму от продажи квартиры, где старик проводил свои последние дни. Проблема со средствами к существованию ввиду этого остро не стояла, а гроссмейстер совсем перестал появляться на публике. Увы, шахматы научили его всему, что он умел в жизни, и бросив их, Выжманавин напоминал Антея, гибнущего, будучи оторванным от матери-Земли.

Писать про последние годы гения блица очень сложно. Я разговаривал со многими людьми, знавшими Алексея и общавшимися с ним в тот ужасный период. Рассказывали, что в последние годы гроссмейстер любил обсуждать турниры Крамника и мог спросить, а как бы сейчас сложился его Армагеддон против претендента на мировую корону? Утверждали, что потом от безденежья Алексей собирался вернуться за доску – просил подыскать турнир, найти возможность дать коммерческий сеанс, думал зайти в ЦДШ на блиц. Что после смерти на его столе нашли югославский «Информатор».

С горечью говорили они и о том, что деньги Алексея от продажи жилплощади отца таяли, а из-за его случайных друзей-собутыльников исчезало все последнее, что осталось в квартире. Судьба посылала Выжманавину знаки. Однажды проснувшись утром, он увидел двух товарищей по общему несчастью. Одного удалось растормошить, а второй лежал и не шевелился. Этого, казалось бы, мертвецки пьяного вынесли на лестничную площадку этажом выше, и Алексей позвонил из телефона-автомата в «Скорую». Этот эпизод закончился хорошо, и второй участник истории жив и поныне. А вот гостя одной из последующих посиделок откачать не удалось. Совсем недавно покойник неплохо играл в шахматы и вел вполне адекватную жизнь, пока у него не произошел семейный кризис, после чего он начал регулярно бывать на квартире гроссмейстера. Но даже этот случай не остановил того, кого англоязычные комментаторы называли некогда Speed Demon.

Все больше становилось понятно, что Выжманавин повторяет судьбу своего отца, которой так страшился в молодости. Продажа дорогого магнитофона, покупка бутылки, исчезновение остальных рублевых купюр… Оставались те, кто не отвернулся от него. Владимир Мильчин, судья Карен Израэльянц – они помогали, приносили продукты, убирали, но исправить ситуацию и направить на путь истинный гроссмейстера не могли.

Алексей Выжманавин, Сергей Киселев - плеяда московских талантов, закончивших свои дни примерно одинаково...

Алексея Выжманавина нашли мертвым в своей квартире в январе 2000 года. Он давно перестал выходить на связь, но хватились его не сразу, и гроссмейстер пролежал после смерти больше двух недель. Тревогу забил Мильчин, дверь взломали… Конечно, врачам скорой не хотелось возиться, и быстро поставленный диагноз оказался стандартным для подобных случаев – «сердечный приступ». Но многие, кто знал Алексея, уверены, что очень здоровый от природы и обожавший ходить пешком шахматист не мог вот так уйти из жизни от сердечной хвори. В квартире крутились сомнительные личности… Могли ли ему что-то подсыпать? Кроме того, контрафактная продукция тогда вовсю процветала, и множились случаи отравления «паленой водкой». Он умер, как и его отец – один, забытый почти всеми в пустой, пустой квартире.

Похороны организовал главный тренер мужской сборной страны Борис Постовский. В последний путь его провожали друзья: Алексей Дреев, Андрей Харитонов. Всегда видевший в Выжманавине огромный талант, прощавший ему за это все-все выходки Андрей не выдержал и расплакался…

Надгробная плита на могиле Алексея Выжманавина гласит: «Гению шахмат». Сказано достаточно громко, хотя, безусловно, в звездные годы Алексею вера в собственную избранность помогала крушить лучших из лучших шахматистов мира. Ему не повезло дожить до тех лет, когда по рапиду и блицу проводятся отдельные турниры, считаются свои рейтинги. Безусловно, здесь Выжманавин занял бы строчку гораздо более высокую, чем его рекордная классическая.

В этой истории очень много «если». Если бы родился в благополучной семье. Если бы остались рядом шахматные единомышленники и не попали в руки шальные доллары. Если бы не нарушал режим, выступая за сборную страны. Если бы вместо предложения ничьи Алексей сделал выжидательный ход слоном против Крамника… Что ждало его в финале с Анандом? Если бы сумел сохранить семью и тех, кому он был очень дорог. Если бы, в конце концов, в детстве его опекал дедушка, который читал бы мальчику добрые сказки. Если бы Выжманавин уже в заключительный период жизни хотя бы попробовал начать тренировать.

Мы понятия не имеем о том, что творилось в голове мальчика, росшего в таких условиях. Зачем ему нужен был этот азарт, постоянный адреналин, в итоге спаливший его изнутри? Когда шахматная сила ушла, и Выжманавин уже не мог реализовываться за доской – судьба гроссмейстера оказалась предрешена. Действительно, ради чего он жил в последние годы?

Мальчишки нового поколения фанатеют от мастеров быстрой игры. Пусть их кумиры, молодые лидеры XXI века завоевывают славу, сидя дома и ставя премувы в Интернете, а не оттачивая удар по часам в парке. Но все равно, у Фируджи, Дубова, Артемьева и других лидеров нового поколения есть то, что роднит их с Алексеем – вечная жажда борьбы, вера в свою звезду и абсолютное бесстрашие. А эта статья написана в первую очередь для того, чтобы никто, никто из них не повторил трагическую судьбу Алексея Выжманавина.

 

Автор благодарит друзей Алексея Выжманавина и его бывшую супругу Людмилу за помощь в подготовке статьи об ушедшем гроссмейстере.

Командный чемпионат России