9 ноября 2020

Скандалы и интриги Пальма-де-Мальорки. Часть первая

Дмитрий Кряквин рассказывает о победе Роберта Фишера в межзональном турнире 1970 года

Мы продолжаем цикл юбилейных публикаций под общей тематикой «Роберт Фишер штурмует Олимп, или полвека тому назад».

Итак, 8 ноября 1970 года начинался межзональный турнир, первые шесть призеров которого должны были присоединиться в матчах претендентов к экс-чемпиону мира Тиграну Петросяну и финалисту предыдущего цикла Виктору Корчному. Восьмой в истории межзональный стал последним на тот момент единым отборочным соревнованием к кандидатскому турниру – с 1973 года ФИДЕ начала проводить два отдельных Interzonal.

Кто же завоевал почетное право участвовать в этом, бесспорно историческом турнире? По итогам чемпионата СССР поехать в Пальма-де-Мальорку (Испания) могли Лев Полугаевский, Марк Тайманов, Василий Смыслов и Ефим Геллер. Советский отбор традиционно оказался очень жестким, а гонка драматичной: Марк Евгеньевич в блестящем стиле с каскадом жертв выиграл в последнем туре у Анатолия Лутикова и оставил вне следующей стадии Леонида Штейна. Увы, герою шахматного Львова на протяжении всей карьеры категорически не везло с отборочными состязаниями… Учитывая, что в тот момент Международная шахматная федерация значительно расширила квоту для европейских игроков (в Старом Свете проходило сразу три квалификационных турнира), всего четыре места для сильнейшей шахматной державы, только что выигравшей Матч века у сборной мира, выглядели несправедливым ограничением.

В первом и самом сильном по составу европейском зональном, проходившем в австрийском Раахе, за заветные путевки тоже шла настоящая война. Победил Вольфганг Ульман (ГДР), а 2-5 места поделили Лайош Портиш (Венгрия), Борислав Ивков (Югославия), Ульф Андерссон (Швеция) и Ян Смейкал (Чехословакия). По итогам дополнительного матч-турнира в межзональный вышли Портиш и Ивков, а молодым звездам пришлось терпеливо дожидаться следующих циклов.

Во втором, афинском зональном обошлось без дележа – в тройке оказались Милан Матулович (Югославия), Властимил Горт (Чехословакия) и Роберт Хюбнер (ФРГ). Без отбора приглашался в межзональный турнир полуфиналист матчей претендентов Бент Ларсен (Дания), выигравший дополнительный матч за это право у Михаила Таля.

Третий европейский зональный принимала португальская Прайя де Роша – там отличились Драголюб Минич (Югославия), Мирослав Филип (Чехословакия) и Светозар Глигорич (Югославия).

В южноамериканском чемпионате первые места заняли Мигель Найдорф, Оскар Панно (оба – Аргентина) и Энрике Мекинг (Бразилия), но 60-летний Мигель в итоге отказался от поездки в пользу земляка Хорхе Рубинетти, посчитав, что может не выдержать марафонскую дистанцию в 23 тура.

В чемпионате Канады победу разделили Дункан Саттлз и Звонко Вранешич, – после дополнительного матча на межзональный отправился Саттлз. Дележом закончился и турнир центральноамериканских стран – кубинец Элеасар Хименес выиграл матчевую встречу у другого победителя состязания эквадорца Йепеса Обандо. Точнее, у Йепеса Троцкого Обандо, но в советскую эпоху эту милую деталь (в честь кого назван эквадорец) старались не афишировать. 

Азиатские зональные турниры в те замечательные времена, когда китайцы и индусы не играли или почти не играли в шахматы, тоже оказались не слишком представительными. За победу в сингапурском турнире боролись филиппинец Ренато Наранья и американец Уолтер Браун. Последний в 1970 году представлял Австралию – такой трюк позволял ему уйти от призыва в армию и облегчал отборочную стезю. Однако очков Наранья и Браун набрали поровну, две дополнительные партии завершились 1:1, а дополнительные показатели (к огромной радости местных болельщиков!) оказались выше у Ренато. В «западно-азиатском» зональном лучший игрок Монголии Тадев Уйтумен опередил чемпиона Израиля Шимона Кагана.

Наконец, в чемпионате США первенствовали Самуэль Решевский, Уильям Аддисон и Пал Бенко – позади остались Уильям Ломбарди, братья Дональд и Роберт Бирны, Ларри Эванс (который поехал в итоге на Мальорку обозревателем). Фишер в турнире-1969 из-за почти двухлетнего затворничества не участвовал и формально не имел права играть в межзональном. Однако после его возвращения в 1970-м и блестящих 3:1 против Тиграна Петросяна на Матче века американская шахматная федерация развернула кампанию за включение Бобби в межзональный. Которая усиливалась по мере того, как летом Фишер один за другим разрывал крупнейшие турниры.

При этом попытки влиятельных спонсоров американского гения, среди которых выделялся король рекламы Россер Ривз, организовать матч с Борисом Спасским вне розыгрыша ФИДЕ натолкнулись на жесткую позицию Шахматной федерации СССР. Ее глава Дмитрий Постников практически прямым текстом заявил: каким бы ни был призовой фонд и даже если Спасский согласен, поединок не может состояться! Так что же в такой ситуации оставалось делать первому номеру мирового рейтинг-листа?

Здесь впору поговорить об ангеле-хранителе Бобби исполнительном директоре американской шахматной федерации Эдмунде Эдмондсоне (1920-1982). Боевой офицер военно-воздушных сил США, дослужившийся до звания подполковника, возглавил шахматную федерацию страны в 1963 году. Через три года его должность поменялась с «президент» на «исполнительный директор», но не надо обманываться: именно слово Эда Эдмондсона оставалось главным для определения вектора развития американских шахмат. Именно при нем США стали играть значительную роль в окончательном принятии ФИДЕ тех или иных решений.

Эдмунд Эдмондсон

Вся шахматная карьера подполковника оказалась связана с феноменом Роберта Фишера. Она началась в 1963-м, когда Бобби выиграл чемпионат США с уникальным результатом 11 из 11, и закончилась в 1975-м после отказа одиннадцатого шахматного короля защищать свой титул. Показывая на свои седые волосы, Эдмондсон любил говорить: «Это от Бобби!» После невероятной по накалу схватки с представителями СССР вокруг правил грядущего матча Фишера с победителем пары Карпов – Корчной и начала очередного затворничества Бобби его здоровье серьезно пошатнулось – Эдмунд оставил свой пост и достаточно рано ушел из жизни.

Напомню, Эдмондсон сумел «протолкнуть» пункт о матче до 10 побед и другие весьма своеобразные требования нового чемпиона мира, но противостоящий ему социалистический блок в жуткой борьбе с перевесом в пару голосов не допустил того, что при счете 9:9 действующий обладатель титула сохраняет свое звание (это требование выглядело совсем уж несправедливо по отношению к будущему претенденту). Нюансы великой закулисной битвы 1974-1975 годов между подполковником Эдом Эдмондсоном и пришедшим на смену Постникову полковником Виктором Батуринским еще ждут своего исследователя. Однако в 1970-м это всё являлось делом будущего.

В советских изданиях писали, что американцы продавили на заседании ФИДЕ право самим выбирать участников грядущего межзонального турнира, но на деле юридически всё оказалось значительно тоньше. Действительно, ФИДЕ разрешила включить 27-летнего американца в межзональный при условии отказа основного участника. Но кто отдаст свое право на межзональный? Решевский твердо сказал, что намерен играть, а для не слишком титулованного Аддисона выход на Мальорку вообще оказался пиком его карьеры. Поэтому выбор пал на Бенко – тот за 2000 долларов (примерная цена автомобиля в те годы) согласился уйти со с сцены. Более того, Эдмондсон собрал подтверждения остальных кандидатов (Ломбарди и следующих по итоговому рангу американского чемпионата), что они не претендуют на место третьего призера.

Пол Бенко уступил Роберту Фишеру место в межзональном

Огромные афиши на Мальорке пестрели плакатами с портретами Фишера, Петросяна, Смыслова, Ларсена и других грандов стартующей битвы. Билеты стоили всего 30 пессет (примерно 22 цента, для сравнения с отступными Пала Бенко) – гораздо дешевле, чем в наши дни на отборочных турнирах Ильи Мерензона. Зрители валили в турнирный зал толпами, но приедет ли их главный любимец, оставалось неизвестным почти до старта соревнования.

Действительно, вопрос о том, будет ли Фишер участвовать, оставался открытым до самой последней минуты. Тем более, что в течение сезона-1970 гроссмейстер регулярно предъявлял особые требования перед каждым турниром. Новость о том, что Бобби приедет, пришла всего за две недели до дня открытия. Конечно, решение это родилось под невероятным напором Эдмонсона – американский исполнительный директор чуть ли не каждый день звонил или писал письма своему подопечному.

«Я решил играть, – заявил Фишер, – хотя и не согласен с системой соревнований чемпионата мира!» Уже тогда американец отстаивал точку зрения, что в коротких матчах имеется значительный элемент случайности, поэтому сражения чемпионского цикла надо играть до шести (!) побед. Что сказал бы Роберт Джеймс, попади он вдруг на чемпионский матч Карлсен – Каруана?

На месте игры перед открытием фаворит турнира стандартно придрался к плохому освещению. Обсуждая с директором межзонального детали того, как будет переноситься их партия с Решевским во время шаббата, Фишер спросил Самуэля, согласен ли он с тем, что свет очень тусклый. «Я никогда этого не замечаю», – невозмутимо ответил тот к невероятной радости организаторов, и Бобби оставалось только развести руками. Напомню, что после многих лет вражды два бывших вундеркинда помирились на Матче века. Фишер включил Сэмми в число лучших игроков всех времен и народов, о которых рассказал в одной из телепередач. Играл с ним плечо к плечу на Олимпиаде и особо отменил в интервью: «Вы посмотрите на претендентский Решевского 1953 года! Русские играли как одна команда, и у него просто не было ни единого шанса!»

Однако после старта возмущение американского гроссмейстера условиями игры только возрастало: по его мнению, зрители находились слишком близко к игрокам, и в зале было шумно.

Куда более серьезный конфликт уже без участия Фишер вспыхнул на открытии. Обычно в межзональных применялась «принудительная» жеребьевка, согласно которой шахматисты ведущих шахматных держав играли друг с другом на старте, чтобы исключить возможный сговор на финише. Однако в правилах, выпущенных после конгресса ФИДЕ 1968 года, строчка о такой хитрости при вытягивании номеров исчезла.

Организаторы и главный арбитр бельгийский гроссмейстер Альберик О’Келли провели жеребьевку весьма странно. Оказалось, что чехословацкие шахматисты встречаются друг с другом в первых турах, аргентинцы и американцы тоже, а югославы и советские игроки – нет! Слепая воля случая? Властимил Горт, увидев, что Смыслов в решающий момент сыграет с Геллером и Полугаевским, пригрозил выходом из турнира и в демонстративной форме начал бронировать себе обратный авиабилет в Прагу.

Главный судья граф Альберик О’Келли происходил из древней королевской фамилии и пользовался огромным уважением среди коллег. Конечно, если бы в его положении оказался арбитр, выросший в суровой среде открытых турниров, то он, скорее всего, просто четко следовал бы букве существующего закона. Тогда как О’Келли со своими аристократическими взглядами очень хотел остаться со всеми участниками турнира в хороших отношениях и соблюсти баланс между их требованиями…

Граф-гроссмейстер Альберик О'Келли

Вскоре организаторы объявили, что жеребьевка турнира будет изменена. Тут уже последовал протест советской делегации, которая акцентировала внимание на том, что оставляет за собой право покинуть соревнование. Любопытно, что, пытаясь взглянуть на ситуацию глазами авторов европейских и американских журналов, я обнаружил интересную деталь: игроков из СССР почти всегда называли не «советские», а «русские»! Неважно, кто этот русский игрок – Керес, Петросян, Таль, Штейн или Геллер!

Так вот, О’Келли срочно телеграфировал в ФИДЕ – что делать? К тому времени 71-летний Фольке Рогард ушел в отставку, а выборы за пост президента Международной шахматной федерации выиграл экс-чемпион мира Макс Эйве. Голландец нашел способ спасти положение: два тура с междоусобными партиями гроссмейстеров из СССР передвинули поближе к середине турнира с примерным соблюдением цветовой гаммы, и, вроде бы, это устроило все стороны конфликта.

После окончания турнира Бент Ларсен опубликовал большую статью, посвященную скандалу с жеребьевкой. По мнению датчанина, советская делегация была по существу права: ведь после 1968 года принудительная жеребьевка не была прописана в правилах, не имелось какого-то дополнительного регламента, номера тянули при полном кворуме и первый вариант жеребьевки опубликовали за подписью главного арбитра. Эйве действительно повел себя достаточно мудро, но как трактовать такие перестановки с точки зрения закона и права?

Также Принц Датский сослался на любопытную историю, случившуюся в первом из европейских зональных. В предпоследнем туре Бориславу Ивкову, претендовавшему на выход, предстояло бороться против Александра Матановича, значительно отставшего от лидирующей группы. Ивков имел право выступки, и некоторые из участников весь вечер ехидно обсуждали, что наверняка завтра он победит практически без игры. К 13 ходу Борислав стоял совершенно подавляюще – он захватил в быстро возникшем эндшпиле единственную открытую линию «d». За спиной игроков стали шептаться… Ивков бросил на соседей по сцене гневный взгляд и предложил Матановичу ничью! Тем самым фактически обрекая себя на мучительный матч-турнир вместо комфортной квалификации.

Но вернемся на Мальорку. С горем пополам турнир все-таки стартовал. Наверное, вы были удивлены, узнав некоторые из фамилий его участников, но на самом деле межзональный-1970 оказался значительно плотнее многих своих предшественников. Например, Уйтумен стартовал 3 из 3 (от его руки пали Решевский, Матулович и Наранья) и шел на чистом первом месте (этот успех монгольского игрока даже вошел в базу вопросов ЧГК о шахматах), но потом не выдержал напряжения дистанции. Даже аутсайдер Хименес сделал ничьи с Фишером и Ларсеном, а на финише хлопнул дверью – его вторая в турнире победа лишила Портиша попадания в пул претендентов.

В первом туре Бобби играл против Роберта Хюбнера, тогда еще малоизвестного 21-летнего мастера из Германии. Эта встреча произвела на будущего финалиста матчей претендентов, доктора и исследователя древних папирусов большое впечатление – позднее Роберт проанализировал для печати многие известные партии Фишера. Но каков бы ни был пиетет Хюбнера к корифею напротив, он боролся до последнего патрона.

 

Р. Фишер – Р. Хюбнер

1 тур

 


Материала мало, от сдвоенной пешки белых «с» толку тоже немного, но в наличии любимые темы Фишера – доминация, или слон против коня.

30.Фd6 Фd7!

Хюбнер уже бросил записывать партию из-за нехватки времени, но действовал отлично. При 30...Фf8?! 31.Фe5 a5 32.Сc6 черные рискуют вскоре потерять одну из пешек.

31.Фa6 Фf7!

Неудачно 31...Фd1+ 32.Крg2 Кg4 33.Сf3, а после 31...Фc7 32.Ф:a7 Кe4 33.Фa6 К:c3 34.Крg2 Кe2 35.Сd5 Кd4 36.Фa8 у белых уже здоровая лишняя пешка и хорошие шансы долго «возить» соперника. Даже «три на две» с таким соотношением держать не всегда просто, достаточно вспомнить знаменитое севильское окончание Каспаров – Карпов из 24-й партии.

Тут на часах Роберта-младшего оставалось три минуты, старший же имел целый час и вместо 32.Крg2, 32.Сf3 или 32.Сd5 с давлением вдруг побил «отравленную» черную пешку.

32.Ф:a7? Кe4! 33.f3 Кd6

Белые теряют целую фигуру! К счастью Фишера, пешек за коня у него много, и ничья еще не упущена.

34.Ф:c5 К:b7 35.Фd4+ Крg8 36.Крf2



36…Фe7

Черные не успевают одновременно ввести в игру коня и помешать разменам 36...h5 37.c5 Фc7 38.Фd5+ Крf8 39.c6 Кd8 40.g4 тоже с ничьей.

37.Фd5+ Крf8 38.h5! gh 39.Ф:h5 Кc5

С одной крайней пешкой шансов на победу у Хюбнера нет, а его грозному тандему «ферзь+конь» не подобраться к белому королю.

40.Фd5 Крg7 41.Фd4+ Крf7 42.Фd5+ Крg7

Ничего не меняет 42...Крg6 43.Фd4.

43.Фd4+ Крf7 44.Фd5+ Ничья.

Интересно, что Фишер начал партию против Хюбнера ходами 1.е4 с6 2.d3. «Бобби, этот ход испортит твой имидж!» – воскликнул Эванс после того, как был зафиксирован мир. Однако с точки зрения 2020 года и партии Карлсен – Магсудлу, где белые поставили 1.с3, 2.f3, а потом бежали королем через е3 и d3 на с2, американец уж точно не сделал ничего предосудительного! В ответ расстроенный рейтинг-фаворит широко улыбнулся – Ларри еще не знал, что в этом турнире его земляк вновь обратиться к ходу 1.b3 и даже опробует защиту Алехина!

«Фишер промахнулся!» – запестрили заголовки газет, но вскоре герой Запада начал привычную серию побед. Первой из его жертв оказался экс-чемпион мира. До своего второго восхождения в конце семидесятых-начале восьмидесятых Василий Смыслов совсем перестал заниматься дебютами и держался лишь на огромном таланте, классе и понимании. В комментариях Василия Васильевича того периода после ходов типа 1.Nf3 Nf6 2.g3 можно легко встретить примечания вроде такого: «Неплохо и 2.b3». Но с Робертом Фишером такие номера не проходили! Смыслов несколько наивно повторил довольно сомнительное начало из аргентинского турнира и попал под настоящий каток.

В. Смыслов – Р. Фишер

2 тур

Английское начало

 

1.c4 g6 2.Кc3 Сg7 3.g3 c5 4.Сg2 Кc6 5.b3 e6 6.Сb2 Кge7 7.Кa4?! С:b2 8.К:b2 0–0 9.e3 d5



Удивительно, но за 6 лет до межзонального-1970 Василий Васильевич получил здесь тяжелую позицию после 10.Кf3 Кf5 11.0–0 b6 12.Кa4 Сb7 13.cd ed 14.d3 Фf6 с явным перевесом черных, Смыслов – Таль, 1964, и рижский кудесник довел партию до победы. Разумеется, после Буэнос-Айреса Фишер внимательно изучил эту партию. Попытка «усиления» привела белых к новым проблемам.

10.cd К:d5 11.Кe2 b6 12.d4

В «Великих предшественниках», том 4 («Фишер и звезды Запада») Гарри Каспаров замечает, что можно было попробовать 12.0–0 Сa6 13.Кc4, стараясь получить ежовую оборонительную позицию.

12...Сa6 13.dc

Теперь нет 13.0–0 cd 14.ed С:e2 15.Ф:e2 К:d4, и после серии энергичных ходов черных Смыслов остался без рокировки.

13...Фf6! 14.Кc4

Безрадостно 14.Кd4 bc 15.К:c6 Ф:b2 16.Лb1 Фf6 17.Лc1 Лac8 18.Л:c5 Сb7 19.e4 Л:c6 20.Л:c6 С:c6 21.ed Сb5 (Г. Каспаров) – король белых так и не сумел убежать из центра. К чести 49-летнего шахматиста, дальше советский гроссмейстер действовал весьма упорно и не развалился сразу.

14...Кc3 15.К:c3 Ф:c3+ 16.Крf1 Лfd8 17.Фc1 С:c4+ 18.bc Фd3+ 19.Крg1 Лac8 20.cb

При 20.h3 bc черные давят при материальном равенстве, поэтому белые забирают пешку, – пусть соперник хотя бы потратит время на ее отыгрыш.

20...ab 21.Фb2!

После 21.h3 Кe5 22.Крh2 Фf5 23.Лf1 К:c4 черные наступают без всяких препятствий, но Смыслов придумал, как затруднить им реализацию перевеса.

21...Кa5



Увы, без ладьи на h1 белым не выжить. Это хорошо видно из каспаровского варианта 22.Ф:b6 К:c4 23.Фb1 Фc3 24.Фe1 Лd2 25.Лc1 Фb2 26.Сf1 Кd6 27.Л:c8+ К:c8 28.a4 Кd6 29.a5 Кe4 30.a6 Фa2 с почти решающим преимуществом черных. Запаздывает контригра белых после 22.Сf1 К:c4 23.Фf6 Фd5 24.С:c4 Л:c4 25.h4 Лc2, поэтому Василий Смыслов сразу двинул крайнюю пешку.

22.h4! К:c4 23.Фf6 Фf5!

23...Фc2 24.h5 или 23...Лc5 24.Сe4 оправдывало надежды белых, и Фишер меняет ферзей, после чего король белых может почувствовать себя в относительной безопасности.

24.Ф:f5 gf 25.h5!?

Тринадцатый чемпион мира предлагал перегруппироваться иначе: 25.Крh2 Лd2 26.Лhf1 Кe5 27.Крg1 Лcc2 28.e4 fe 29.С:e4 Л:a2 30.Л:a2 Л:a2 31.Лb1 с хорошими шансами на ничью, но гораздо хитрее 26...Кa3!?, контролируя поле b1.

25...Лd2



26.Лc1?

Смыслов не выдержал напряжения и просто зевнул следующий ответ черных. После 26.Лh4! Кe5 27.e4 упорная защита белых вполне могла принести им заслуженную половинку очка.

26...Лc5! 27.Лh4 Кe5 28.Л:c5

Плохо и 28.Лa1 Лcc2, а теперь черные получают мощную проходную, которую трудно оставить без значительных материальных потерь.

28...bc 29.Лa4 (29.a4 c4-+) 29...c4 30.h6 Крf8 31.Лa8+

На 31.Лa3 есть 31…Лc2, и пешка «с» идет дальше на с3.

31...Крe7 32.Лc8 Л:a2 33.Сf1 Лc2 34.Крg2 Кg4 35.Крg1 Л:f2 36.С:c4 Лf3 37.Крg2 Л:e3

В результате вторжения черной ладьи белые остались «без двух», и здесь с чистой совестью можно было останавливать часы, но Смыслов решил на всякий случай доиграть до откладывания.

38.Лh8 К:h6 39.Л:h7 Кg4 40.Сb5 Лb3 41.Сc6 Лb2+ 42.Крg1 Кe5 43.Сa8 Лb8 44.Сh1

Этот ход Смыслов записал, но доигрывания, естественно, не последовало. 0-1



В следующем туре последовал разгром американского мастера – в личных встречах со своими партнерами по сборной Фишер обычно действовал с особой жесткостью.

 

Р. Фишер – У. Аддисон

3 тур

Скандинавская защита

 

1.e4 d5 2.ed Ф:d5 3.Кc3 Фd8

После знаменитой «дискотечной» партии Карякин – Иотов этот вариант приобрел вторую популярность. Черные не хотят рисковать здоровьем ферзя после Фа5 или Фd6 и готовы сразу отступить им домой, сохраняя крепкую, но пассивную позицию.

4.d4 Кf6 5.Сc4

В том самом злополучном для Сергея поединке случилось 5.Кf3 Сg4 6.h3 С:f3 7.Ф:f3 c6 Карякин – Иотов, 2014; белые уповают на пространство и своих двух слонов, а черные строят оборонительные «городушки».

5...Сf5?!

В наши дни известно, что черные должны играть 5...a6, 5...c6 или даже 5...Сg4, а Аддисон вышел слоном под удар белого ферзя.

6.Фf3! Фc8 7.Сg5

Бобби смело отдал пешку, получив взамен возможность вывести все свои фигуры на ударные позиции.

7…С:c2 8.Лc1 Сg6 9.Кge2 Кbd7 10.0–0 e6



11.С:f6

Некоторая неточность вместо 11.Кf4 Сe7 12.Лfe1 или даже 12.С:e6 fe 13.К:e6 со страшной атакой.

11...gf?

Все комментаторы отметили, что после 11...К:f6 12.d5 e5 13.Сb5+ Крd8! до черных так просто не добраться, но думаю, что Аддисон не очень верил, что сумеет уцелеть…

12.d5! e5

Вскрывать позицию не хочется: 12...ed 13.К:d5 Сd6 14.Кd4 0–0 15.Кb5.

13.Сb5 Сe7

После 13...f5 14.Кg3 a6 белые должны были решиться на 15.К:f5! ab 16.К:b5 Кc5 17.Фe3 с мощной атакой, а так Фишер вцепляется мертвой хваткой в слабое поле f5 и решает исход партии чисто техническими средствами.

14.Кg3 a6 15.Сd3 Фd8 16.h4 h5 17.Сf5 Кb6 18.Кce4



18...К:d5

Затягивало сопротивление 18...Крf8 19.Лfd1 Крg7 20.d6! cd 21.Кc5 d5 22.С:g6 Кр:g6 23.Фf5+ Крg7 24.К:b7 Фd7 25.Ф:d7 К:d7 26.Кf5+ Крf8 27.Л:d5, но все равно черным очень плохо. Американский мастер решил испить чашу до дна и забрал центральную пешку.

19.Лfd1 c6 20.Кc3 Фb6 21.Л:d5!

Симпатичный удар проще всего ведет к победе.

21…c:d5 22.К:d5 Ф:b2 23.Лb1 Ф:a2

Отдать ферзя тоже не получается: 23...Ф:b1+ 24.С:b1 С:b1 25.Кc7+.

24.Л:b7 Черные сдались. Грозят удары на е7,g6 и f6, от которых не спастись.

Стоило Фишеру одержать пару побед, как все стали говорить только об американце. Зачастую в отчетах журналистов лишь скупой строкой отмечались успехи остальных участников турнира, а 90% материала было посвящено одному шахматисту. Однако пока Бобби формально отставал от Уйтумена, и это его немного задевало. Ситуация изменилась после 4 тура.

Настороженный взгляд американского гроссмейстера

 

Р. Фишер – М. Филип

4 тур

 


12.d4 Сa6 13.Лe1 К:d4

Филип выглядел очень довольным – известная теория того времени обещала черным легкую ничью после 14.К:d4 cd 15.Фd2 Лe8 16.С:d4 (16.Сf3 d3) 16...Л:e2 17.Л:e2 С:e2 Флор – Штольц, 1931.

14.С:d4!? cd 15.Фa3!

После выпада ферзя новозеландский мастер Роберт Уэйд закричал на весь пресс-центр: «Фишер – гений!» Белые хотят с чувством, толком, расстановкой отыграть центральную пешку и начать осаждать «изолятор» соперника. Похоже, что Филип тоже подумал о гениальности соперника, и дальше игра шла в одни ворота.

15…Сb7

Черные могли избавиться от слабой пешки: 15...Фc8 16.Лac1 Фb7 17.Лcd1 d3 18.ed Лae8, но после длительных раздумий Мирослав дал сигнал к отступлению.

16.Лad1 Сe7 17.Фa4 Фe8 18.Ф:d4 Лc8 19.Фf4 Сf6 20.Кd4 Сe5 21.Фe3 g6 22.Кb5

Еще сильнее выглядит 22.Сh3! Лc5 23.Кe6, но Фишер явно угадал ответ соперника.



22...Ф:b5?

Очень тяжелая ошибка. Теперь черные лишаются защитника черных полей, и у них нет никакой компенсации за слабую центральную пешку. После 22...Лc5 23.a4 (23.К:a7? d4) 23...a6 у белых поприятнее, но вся борьба впереди. В XXI веке держать такие позиции – необходимое умение для профессионала.

23.Ф:e5 Лfe8?

Как показал первый матч Карпов – Каспаров, в позициях с изолятором у черных главным средством защиты остаются размен ферзей и давление по линии «с» с целью в нужный момент откупиться пешкой и зайти ладьей на второй ряд. Например, 23...Фb4 24.Фb2 Лfd8 25.Лd2 Фc3, еще мечтая о ничьей.

24.Фb2! Лc5 25.h4 Лec8 26.Лd2 Лc3 27.Лed1 Фc5 28.b4! Фe7

Упорнее 28...Фc7, держа под прицелом пешку g3.



29.e3!

Точность до конца. В варианте 29.С:d5?! С:d5 30.Л:d5 Лc2 31.Лd8+ Л:d8 32.Л:d8+ Ф:d8 33.Ф:c2 Фd4 белые выигрывали пешку, но у черных активный ферзь в окончании. Поэтому Фишер сначала уводит все пешки из-под удара и лишь потом уничтожает пехотинца d5.

29...h5 30.a3 Крh7 31.С:d5 С:d5 32.Л:d5

Ко всем бедам черных, их король слабее, а попытка встречной активности легко опровергается.

32…Фe4 33.Лd8 Фf3 34.Крh2 Л8c4 35.Л1d7 g5

Проигрывает, но иначе потерялась бы пешка а7.

36.Лf8! Крg6 37.Лg8+ Крh7 38.Л:g5 Лc8 39.Лdd5 Крh6 40.Лdf5 Черные сдались.

Роберт Фишер перед началом игры

Затем американский гроссмейстер играл против Властимила Горта. Как стало понятно после Матча века – одним из сильнейших гроссмейстеров Старого света. Но и Горту, которого в Белграде сам Фишер протежировал на четвертую доску, не удалось белыми отбиться от фаворита.

 

В. Горт – Р. Фишер

5 тур

 


Позиция вошла во многие задачники и решебники. Горт замыслил тонкий план с изгнанием центрального коня черных. Например, 16...Лad8?! 17.Кe3 Кe7 18.Фa2 с дальнейшим с2-с3 и большим перевесом. Прямолинейное 16...f5 17.ef gf 18.f4 d5 19.Кe3 вскрывает белого слона g2. Но короткий выпад Фишера вскрыл недостатки позиции белых.

16...c4! 17.dc Кe5 18.Сe3?!

Теперь проигрывает фигуру 18.b3? Кef3+ 19.С:f3 К:f3+, и с расстройства чехословацкий гроссмейстер идет по линии наименьшего сопротивления. Конечно, сильнее 18.Крh1 К:c4 19.Сc3, прикрывая пешку с2 и дополнительно защищая на а5.

18...К:c4 19.Лa4 Лac8 20.С:d4 С:d4 21.Фa2 Сf6! 22.c3 Сd8 23.b4 Сf6

Вынудив b2-b4, американец кардинальным образом ослабил пешку с3, которую вскоре завоевал и технично довел партию до победы.

Наконец, в шестом туре Бобби встречался с Решевским – в первых турах он сыграл с обоими другими американцами. Судьбу партии решил цейтнот старшего участника: Фишер поставил хитрую ловушку, в которую Сэмми попался.

 

С. Решевский – Р. Фишер

6 тур

 


Как играть белым? Нет времени на 28.h3 из-за 28…Лe5. Получается, надо защищать пешку d5. На 28.Сb2 не очень приятно 28…f5 – черные сделали «активную» форточку и намечают Лс8-с2. Потратив значительную часть своего и так скудного запаса времени, заядлый цейтнотчик пошел

28.Фd7 Фf4!, и тут совершил трагический промах 29.Крg1??

После 29.Фb5 Лb8 30.Фd3 белые не рискуют.

29...Фd4+ 30.Крh1 Фf2

Белые сдались, поскольку следующим ходом ладья черных идет на поле е1. Улыбка Фортуны, но представители старшего поколения из партии в партию уставали и ломались так под напором Роберта Фишера.

После шестого тура Фишер уверенно лидировал с результатом 5,5 из 6. Целых 5 участников (Ларсен, Геллер, Панно, Глигорич и Уйтумен) отставали на 1,5 очка. Однако именно в этот момент у Бобби случилось одно из самых сложных испытаний на пути к шахматной короне.

Продолжение следует.

Фото chessbase.com

 

Командный чемпионат России