11 августа 2013

Памяти Аллы Кушнир

Свою подругу молодости вспоминает Людмила Белавенец

Печальное известие пришло из Израиля: на 72-м году жизни скончалась Алла Шулимовна Кушнир (11.08.1941 – 02.08.2013), трехкратная олимпийская чемпионка, одна из сильнейших шахматисток мира в 60-70-е годы прошлого века. В 1965, 1969 и 1972 годах Алла Кушнир играла матчи на первенство мира, но трижды уступила Ноне Гаприндашвили. В 1974 году эмигрировала из СССР в Израиль, через несколько лет после этого ушла из спорта и занялась наукой. Была профессором Тель-Авивского университета, научным консультантом Израильского нумизматического общества, членом редакционной коллегии журнала «Израильские нумизматическое исследования». Российская шахматная федерация выражает искренние соболезнования родным и близким покойной.

Предлагаем вашему вниманию фрагменты из книги «Шахматная семья Белавенец», где свою подругу молодости вспоминает известный тренер, чемпионка СССР 1975 года Людмила Сергеевна Белавенец.


…Мне крупно повезло: на Никольской улице (которая тогда называлась улицей 25-го Октября) в доме 10/2 находился шахматный клуб фабрики «Красная швея». И вдруг появилось объявление, что клуб приглашает девочек, а вести с ними занятия будет гроссмейстер Левенфиш. Пришло, наверное, девчонок 20 из разных домов пионеров со всей Москвы. Именно там я познакомилась с Аллой Кушнир из Ленинского дома пионеров, она была на год меня младше. В основном, девочки были лет 15-16, а мы с Аллой помельче – ей 12, мне 13. Трудно сказать, почему гроссмейстер такого уровня решил заниматься с девчонками, причем довольно слабенькими. Он вообще-то считал, что женщине в шахматах не место, и неоднократно это подчеркивал. Часто повторял: «Это вообще ужасно всё!» Григорий Яковлевич был желчным, остроумным и не очень-то почтительно относился к нашему полу. Из-за этого или по иным причинам, но очень скоро из всей группы остались трое: Марина Шумилина, дочка шахматистки Веры Сергеевны Чудовой, Алла Кушнир и я. А потом вообще мы вдвоем с Аллой стали ездить.

Левенфиш всё время ворчал: «Ну, что вы думаете, как слонихи!» или «Любой мальчишка сообразил бы в десять раз быстрее!» Наверное, у него был такой метод – дразнить наше самолюбие, чтобы мы больше старались. Но разве глупые девчонки могли это оценить?.. Левенфиш обращался с нами, как со взрослыми. Не опускался до нашего уровня, а старался поднять до себя. И нам было очень неловко, что мы не оправдываем его надежд. Я была уверена, что он считает нас круглыми дурами; может, так он и думал, конечно. Но однажды я случайно услышала, как Левенфиш кому-то говорит: «Белавенец и Кушнир – они талантливы». Это было настолько неожиданно, что меня эта фраза просто потрясла!

Алла Кушнир, Григорий Яковлевич Левенфиш и Людмила Белавенец

Многое из того, что я знаю в шахматах – от него. Учебников у меня не было, а Левенфиш нам рассказывал, что такое «слабое поле», «отсталая пешка», «изолированная пешка»… Алла тоже признавалась, что за год занятий с Григорием Яковлевичем узнала очень и очень многое. Наверное, еще и потому, что мы тянулись к знаниям, хотели заниматься. Левенфиш с нами разговаривал почти как с равными. Ругал, конечно, нещадно, но совершенно не пытался адаптировать свои объяснения. Мне сейчас иногда приходится рассказывать: где там у нас пешечка, кто там на нее напал, как бы эту пешечку не отдать? Подобных глупостей и сюсюканья у него, конечно, и в помине не было. Он просто разговаривал с нами и иногда употреблял незнакомые нам термины. Например, если сыграть так-то и так-то, то у вас должна получиться контригра. Что такое «контригра», нам было не очень понятно, но Левенфиш не опускался до подобных разъяснений. Тем не менее, уже через два года, в 15 лет я играла в первенстве Москвы и выиграла у действующей чемпионки мира Ольги Николаевны Рубцовой. Правда, не могу сказать, что хорошо играла ту партию; она в один ход зевнула вилку на d7, мой конь напал на ладью f8 и ферзя b6, и мне потом в муках удалось реализовать лишнее качество. Ольга Николаевна была уже немолодая, и она, видимо, недооценила девчонку, которая приходила на игру в школьном платье с белым воротничком. А Кушнир в 16 лет стала чемпионкой Москвы среди женщин. То есть мы вышли на определенный уровень, и в этом, конечно, большая заслуга Григория Яковлевича…

С Аллой мы были дружны два десятка лет – так, как только могут быть дружны люди, наши жизни очень тесно переплетались. Помню, в 1964 году мы вместе поехали на межзональный в Сухуми. У Аллы месяц назад родился сын Павлик, и у нас было сложное распределение обязанностей: Алла играла, а я в это время сидела с Павликом; потом она приходила и кормила его. Вот так мы с ним нянчились, и ее муж нам тоже помогал. Однажды к нам заглянула Зворыкина, посмотрела, как мы обращаемся с ребенком, и воскликнула: «Ну и цирк!» Вообще, обалдеть можно: лететь на самолете с месячным ребенком, чтобы сыграть в каком-то турнире! Но Алла заняла первое место; вернее, разделила 1-3 с Лазаревич и Затуловской и выиграла дополнительное соревнование.

Роскошный пир – лимонад и пирожные

Мы с Аллой выступали за общество «Труд», на турнирах помогали друг другу. В шахматном плане она меня опережала: все-таки, сыграла три матча на первенство мира с самой Ноной Гаприндашвили в 1965, 1969 и 1972 годах. На все матчи я тоже ездила, помогала Алле. Ее тренером был сначала Борис Персиц, потом Владимир Юрков (он был и моим тренером на многих турнирах, и мы работали все вместе; это содружество сделало из меня шахматистку). Сейчас о Кушнир уже забывают; когда я писала в «64» статью к ее 60-летию, то заглянула в «Шахматную энциклопедию» и увидела, что там даже неправильно указана дата ее рождения.

Я была в Риге на матче, когда Алла зевнула мат на g2: поле h2 защитила, а про g2 забыла. Сохранилась фотография, где она сидит на сцене, закрыв лицо руками… Юрков вскочил и выбежал из зала, не забыв произнести несколько труднопереводимых слов… Но когда Алла к нам подошла, он был предельно собран и сказал: «Ничего, бывает. После двух побед подряд Нона может начать делать глупости». И правда, третью партию Алла выиграла. Она достойно сражалась, но Гаприндашвили тогда, действительно, была самой сильной в мире.

Матч на первенство мира – очень тяжелое испытание. Прежде всего, конечно, для игроков, но и для окружающих тоже. Нона приезжала с большой делегацией, ее поддерживала буквально вся Грузия. По сравнению с ними у нас была просто жалкая кучка людей. Видимо, Нона была более целеустремленной: не случайно она до сих пор играет, и совсем не плохо.

Алла уехала из Советского Союза 27 августа 1974 года, и наши дороги, к моему большому сожалению, разошлись. В очередном цикле она должна была играть отборочный матч с Мартой Шуль (Литинской). Алла хотела сыграть матч уже как израильская шахматистка, но на это никто у нас не соглашался. С Кушнир долго беседовал Виктор Батуринский: вел беседу очень деликатно, поил кофейком; а еще с ней разговаривал тренер женской сборной Александр Константинопольский. В итоге Алла отказалась от матча и уехала.

Для меня это был удар: привыкла, что мы всегда вдвоем. Тогда отъезд из страны – всё равно что прыжок в черную яму… Это сейчас можно уехать, потом вернуться и снова уехать. А тогда даже для короткой поездки в любую соцстрану надо было за три месяца собирать документы: анкеты, характеристики и прочее. Что уж тут говорить об эмиграции…

В Роозендале (межзональный турнир 1976 года – ред.) Алла сказала мне: как бы этот цикл ни сложился, станет она чемпионкой или не станет, она потом бросит шахматы. Я никогда не понимала, как можно бросить шахматы? Но Алла резко поменяла свою жизнь: стала учиться в университете, у нее произошли изменения в личной жизни и т.д. Кушнир действительно рассталась с шахматами и преуспела в науке – археологии. Она вообще очень способный человек, я не сомневалась, что она и тут себя найдет…

Алла Шулимовна Кушнир (11.08.1941 - 02.08.2013)
Первенство России среди ветеранов (муж)