Владислав Артемьев: Когда у меня есть мотивация, я готов идти до конца
Двукратный чемпион страны ответил на вопросы Этери Кублашвили
– Влад, поздравляю с победой в Барнауле! Нес ли этот Суперфинал какую-то дополнительную нагрузку для тебя как действующего чемпиона России? К тому же это был отбор на Кубок мира…
– Конечно, данный турнир был достаточно важным, потому что традиционно собрался очень сильный состав. В этом году он был близок к оптимальному: играли все сильнейшие за исключением Яна Непомнящего, Сергея Карякина, Дмитрия Андрейкина. Естественно, пять путевок на Кубок мира сыграли большую роль, придали значимость турниру. Перед собой я ставил задачу-минимум – попадание в пятерку. Все же я стремился войти в тройку и, по возможности, защитить титул, хотя понимал, что это непросто. Но, скажем так, особого волнения у меня не было, я настраивался так же, как и всегда. Все-таки у меня большой опыт за плечами, и я был спокоен.
– Где были переломные моменты турнира, какая из сыгранных партий больше всех понравилась, где испытывал трудности?
– Первая половина турнира складывалась для меня достаточно тяжело, хотя в определенных поединках у меня были шансы. Скажем, во втором туре с Рудиком Макаряном у меня был перспективный эндшпиль, но, к сожалению, я упустил преимущество, сыграл вничью. А в остальных у меня не было особых шансов на победу. Например, с Алексеем Гребневым получилась очень сухая партия: он играл максимально плотно, подчеркнуто аккуратно. Поэтому первые пять туров были достаточно сухими с одним упущенным шансом, а очень важный момент был перед выходным: мне удалось обыграть Алексея Дреева и выйти в «+1». Это была одна из ключевых партий, так как очень важно было уйти на выходной с хорошим настроением, и это получилось.
Затем последовало несколько ничьих, и очень важный отрезок был с 9-го по 11-й тур. Эти раунды мне удались! Сначала я выиграл у Павла Понкратова в очень сложной борьбе. Паша меня атаковал, я защищался, и в целом получилась партия высокого уровня за обе стороны. В какой-то момент он потерял контроль над ситуацией, и оценка начала меняться в мою пользу, и я выиграл. Потом была, наверное, моя лучшая по качеству игры партия – против Максима Матлакова. У меня был белый цвет, мы разыграли очень плотный дебют – ферзевый гамбит. Мне удалось получить микро-плюс, и ход за ходом, без видимых ошибок со стороны Максима, я смог его переиграть и выйти в «+3».
Также я был очень доволен, когда в последнем туре удалось без проблем достичь ничейного результата, играя черными с Даниилом Дубовым. Я понимал, что в случае возможного тай-брейка (который казался мне весьма вероятным, хотя по факту Андрей Есипенко вполне мог выиграть в последнем туре у Артема Тимофеева) я получаю 3-4 часа отдыха, и, мне кажется, это помогло.
– Как складывался тай-брейк?
– Скажу откровенно: примерно до 6 вечера я думал, что тай-брейка не будет. Я практически не готовился, потому что следил за партией Тимофеев – Есипенко, и в какой-то момент Артем сделал, как мне кажется, очень неудачный ход 17.c4 – ослабил поле d4, и объективно у него была очень тяжелая позиция. Думаю, что Андрей чуть-чуть переживал, понимая близость к цели, и стал немножко медлить и постепенно упускать преимущество. Хотя я, честно говоря, считал, что он выиграет. Но где-то после 18:00 я снова включил трансляцию и понял, что тай-брейк будет, и начал к нему готовиться.
Первая партия для меня складывалась очень-очень сложно. Сначала я, вроде бы, всё делал логично: мы разыграли Анти-Берлин, но Андрей на выходе из дебюта меня переиграл, я остался без пешки. Моя позиция была тяжелой, и времени оставалось меньше, то есть казалось, что всё складывалось против меня. Но, думаю, Андрей все-таки устал после классической партии, плюс сказалось нервное напряжение, и он стал потихоньку влезать в цейтнот. В обоюдном цейтноте мне удалось уравнять позицию, а потом я почувствовал, что Андрей как-то «потерял управление», и решил сыграть на победу в этом хитром ладейнике. У белых лишняя пешка, но у меня более активный король, и потенциально в случае ошибки позиция белых может значительно ухудшиться; в итоге так оно и вышло.
Так что первая партия была обоюдоострой: при определенном раскладе я мог проиграть, но удалось выиграть. Конечно, после нее я был практически уверен в успехе, потому что иметь белый цвет, когда нужна ничья, – это большое преимущество на таком уровне. Первая партия тай-брейка стала ключевой для победы в турнире.
Во второй партии я не дал черным шансов на победу, контролировал ситуацию. При желании Андрей мог играть плотно, и получилась бы ничья. Дебют очень солидный, Андрей пытался выманить меня на игру, но я действовал максимально крепко. Надо отметить, что в последнем туре Суперфинала в этом же варианте была сыграна партия Нестеров – Грищук, и мы повторяли ходов восемь-девять. Естественно, я эту партию мельком видел, так что определенное представление о дебюте имел.
– Спасибо за интересный рассказ. Если не секрет, кто тебя готовил к Суперфиналу, с кем вообще работаешь?
– Это сложный вопрос. Я бы хотел поблагодарить Владимира Поткина, с которым мы в хороших отношениях. Иногда я обращаюсь к нему за советом, в какие-то моменты мы работаем более тесно, в какие-то – менее. Также хотел бы поблагодарить свою семью. Они меня всегда поддерживают: моя жена Ольга, дети, родители и сестра. Поэтому говорю «большое спасибо!» моему близкому окружению и Владимиру.
– Рассматривал ли ты, хотя бы чисто теоретически, вариант, при котором сам бы стал тренером или начал кому-то секундировать?
– Я очень хочу участвовать в продвижении шахмат в России, хочу двигать шахматы в массы, и какие-то варианты с моим участием я рассматриваю, но это в будущем, а пока я все-таки хотел бы поиграть и достигнуть еще каких-то результатов. Да, в дальнейшем я хочу общаться с молодым поколением, мотивировать его; в любом случае, я хочу быть в шахматах. Может быть, и секундировать – почему бы и нет? – но через какое-то время.
– Несмотря на все трудности и ограничения, с которыми сталкиваются сейчас наши шахматисты, ты очень много играешь. Как формируешь свой календарь? Насколько заранее планируешь поездки, по каким критериям отбираешь турниры?
– Конечно, сейчас стало сложнее в плане выбора соревнований. Но если есть такая возможность, то я играю в турнирах, где не нужна виза или где визу получить несложно. Скажем, летом я играл в Турецкой лиге и в Объединенных Арабских Эмиратах – там визы не нужны. Но скоро планирую играть в Англии, в Global Chess League. Английскую визу получить достаточно сложно, поэтому пока что всё в процессе. Так или иначе, стараюсь подбирать турниры, где чувствую мотивацию, и в то же время – интересные места, то есть люблю сочетать культурную часть с шахматной.
– С финансовой точки зрения поездки также стали весьма затратными. Есть ли у тебя поддержка дома, или организаторы обеспечивают прием?
– Если возникнет такая надобность, то я могу обратиться в Федерацию шахмат Республики Татарстан, где меня поддерживают. Но в большинстве случаев все-таки организаторы предлагают прием. Если играю за клуб, то он полностью покрывает расходы; если какой-то открытый турнир, то там тоже, как правило, принимают организаторы. Бывает, что иногда нужно оплатить перелеты. Но когда уровень шахматиста 2700 и выше, то обычно больших расходов не требуется, по крайней мере – на базовые вещи. В целом, я не жалуюсь, у меня всё в порядке.
– Как удается поддерживать баланс между игрой в турнирах, подготовкой и семейной жизнью?
– Действительно, вопрос актуальный. В какой-то момент он возникает у многих шахматистов, потому что мы часто сначала имеем много свободного времени, а потом жизненные обстоятельства меняются: кто-то женится, выходит замуж. Лично я счастлив! Я считаю, что дети и семья – это очень важный аспект в жизни. Мне кажется, это помогает, поскольку ты знаешь, что дома тебя ждут вне зависимости от твоего выступления. Ты вернешься, и у тебя будет много положительных эмоций, будет поддержка. Естественно, свободного времени становится меньше, но если у человека достаточно энергии, то он сможет найти баланс и уделять в равной степени время и шахматам, и семье, и другим делам. В моем понимании, это вопрос энергетики и мотивации.
– А как относишься к шахматным скандалам, которых сейчас довольно много? Вредит ли нам негативно окрашенный хайп или, наоборот, любой пиар – это хорошо?
– Да, в последнее время очень много разных историй, но сложно сказать: они со знаком «минус» или со знаком «плюс»? Допустим, Владимир Крамник периодически проводит выставочные матчи. Ханс Ниманн организовал международный тур, играет с разными соперниками. С моей точки зрения, практически любой пиар идет на пользу шахматам. Мне, во всяком случае, это нравится. Я читаю все истории, когда Крамник ведет свою борьбу, и это весело, привлекает дополнительный интерес к игре. Все-таки в шахматах мало изменений: проводятся турниры, часто – по классике, мы играем по 10 дней, по 2 недели, и практически нет никаких событий. Мне кажется, это не так интересно для болельщиков и любителей, поэтому я выступаю практически за любой пиар, но в разумных пределах.
– Что можешь сказать про матчи Ниманна и Крамника?
– Конечно, я следил за ними. Начнем с матчей Владимира Борисовича. Мне кажется, у них с молодым перуанским шахматистом Хосе Мартинесом была серьезная борьба. Понятно, что Крамник по своему пониманию выше, его класс выше, но за счет молодости и скорости Жоспему удалось получить равную борьбу.
А Ханс Ниманн, конечно, в последних матчах произвел колоссальное впечатление. К нему можно относиться по-разному: кто-то подозревает его в определенных плохих вещах, кто-то нет. Но в последнем матче он достаточно уверенно обыграл Аниша Гири, потом еще нескольких сильных шахматистов, например, Никиту Витюгова. Это говорит о его высоком шахматном уровне, о том, что он очень серьезный игрок.
В любом случае, я считаю, что организация подобных матчей очень полезна нашему виду спорта: чем больше турниров, матчей и их комментирования, тем лучше. О шахматах узнает больше людей в разных странах, и это замечательно.
– Да. Про Ниманна, вроде, сериал или фильм планируют снять.
– Вроде бы, да. Был какой-то анонс.
– Помимо Лондона, какие дальнейшие турнирные планы?
– В данный момент я нахожусь во Владивостоке, где проходит Кубок ВЭФ, шахматный турнир в рамках Восточного экономического форума. Если получится, в октябре на несколько дней прилечу в Сочи: хотел бы помочь казанской команде на чемпионатах России по быстрым шахматам и блицу. Про ноябрь и декабрь говорить пока сложно, но, скорее всего, выступлю в одном сильном рапиде в Москве, хотя пока не было анонса, поэтому обойдусь без конкретики. Пусть организаторы сами расскажут, когда посчитают нужным.
– Планируешь ли участвовать в чемпионате мира по рапиду и блицу в США?
– Скорее всего, не буду пытаться получить визу: чувствую, что нет гарантии, а времени на это потрачу много. Плюс, как я уже говорил, сейчас пытаюсь получить английскую визу, где тоже нет гарантии. К тому же чемпионат мира в Нью-Йорке в этом году будет сдвинут вперед – последний игровой день назначен на 31 декабря, а я, честно говоря, люблю Новый год и хотел бы встретить его в семейном кругу. Так что вряд ли буду заниматься этой поездкой, хотя посмотрим – вдруг передумаю? Не буду говорить, что точно нет.
– Понятно. Сейчас хотелось бы задать несколько вопросов более философского характера. Какие твои сильные и слабые стороны?
– Наверное, тут виднее близким людям, но я попробую ответить. Что касается сильных сторон, то мне кажется, когда есть мотивация, я готов идти до конца, характер у меня достаточно боевой. Также я достаточно выносливый в плане шахмат, и это тоже плюс. Из минусов, может быть, то, что мне иногда не хватает системности, скажем, в тренировках, на избранном пути. С другой стороны, нет идеальных людей; я стараюсь свои слабые стороны свести к минимуму, прикрыть их. Естественно, сложно полностью избавиться от недостатков, но, так или иначе, у меня есть определенная мотивация, так что верю в светлое будущее.
– Легко ли тебе удается запоминать варианты?
– Смотря с кем сравнивать! Я бы сказал так: у меня память неплохая – как в жизни, так и в шахматах, но не идеальная. Думаю, можно найти много людей, у кого она получше. Но если мне нужно, то я могу переварить, запомнить большой объем информации. Тем более, как мне кажется, чем выше шахматный уровень, тем проще дается данный процесс. Ведь чем больше ты понимаешь, тем легче это усваивается. Если дать одинаковый объем информации любителю, пускай у него отличная память по жизни, и профессионалу со средней памятью, то все равно последний легче запомнит, так как его уровень выше.
– Существует ли для тебя такое понятие, как «неудобный соперник»?
– Да, безусловно. Мне кажется, практически у всех игроков есть неудобный соперник. Даже у Магнуса Карлсена на разных этапах карьеры были неудобные соперники – в какой-то момент, например, Каруана боролся с ним практически на равных, но потом Карлсен вновь вышел в приличный «плюс». У меня есть неудобные соперники, по крайней мере, есть люди, с кем у меня небольшой минус. Так с ходу сложно вспомнить конкретные фамилии, но такие есть. Однако их немного.
– А с Карлсеном, кстати, как у тебя?
– С ним в классические шахматы мы играли всего один раз, получилась ничья, но это было давно, в 2020 году. Что касается быстрых и блица, то интересно, что когда мы играли вживую (это было не так часто), то счет примерно равный, может, «минус один» у меня. Один раз я выиграл, пару партий проиграл, а остальные ничьи. А в «онлайне» все-таки у Магнуса преимущество: я выиграл достаточно большое количество партий, но еще больше проиграл. А сыграли мы, наверное, свыше 100 партий.
![](/upload/iblock/573/52591667538_d37452e20f_c.jpg)
– Магнус очень спортивный. А ты занимаешься спортом?
– В последнее время поменьше, но вообще, с юных лет я очень любил физическую активность, раньше много играл в футбол на любительском уровне, в настольный теннис. Когда жил в Омске, достаточно часто катался на лыжах. Сейчас люблю плавать, у меня до недавнего времени был абонемент в бассейн. Может быть, продлю его в ближайшее время. Также мне очень нравится играть в большой теннис, но найти соперника бывает сложно, потому что люди чаще играют в настольный теннис, чем большой.
– Какая у тебя любимая книга?
– Шахматная или не шахматная?
– Давай одну шахматную, одну нет.
– Если брать шахматную, то пусть будет «Чемпионат мира 2005 года. Сан-Луис, Аргентина». Когда Веселин Топалов одержал победу. Эту книгу выберу потому, что я ее часто перечитывал, когда был ребенком, она у меня была практически настольной. Если брать не шахматную, то, честно сказать, не могу себя отнести к людям, которые очень любят читать. Когда я был более юным, мне нравились «Приключения Шерлока Холмса и доктора Ватсона». В школе «Войну и мир» читал активно. Еще мне нравился Джек Лондон, некоторые его произведения.
– Какой любимый фильм или сериал?
– Предпочитаю фильмы, потому что по времени они более лимитированные, их можно за полтора – два часа посмотреть. Раньше любил документальное кино про спорт. Также комедии нравятся. Когда был совсем ребенком, очень любил ужастики, но последние лет десять практически их не смотрю.
– Когда-нибудь плакал после партии?
– Конечно, причем неоднократно.
– Когда в последний раз?
– Хороший вопрос. Наверное, в 2014 году или даже раньше, то есть лет до шестнадцати. Последние лет десять я не плакал после поражения в партии. По крайней мере, я этого не помню.
– Какая твоя главная амбиция в шахматах?
– Я бы хотел, скажем так, совершенствовать свою игру и чувствовать, что становлюсь сильнее, опытнее. Что касается спортивных результатов, то хотел бы побороться за первые места на чемпионах мира по рапиду и блицу. Может быть, однажды стать чемпионом. Также пробиться в турнир претендентов. А так мне очень нравится играть, я на самом деле очень люблю шахматы. Мне нравится как играть в них – даже легкие партии, так и смотреть трансляции. Поэтому, так или иначе, я буду в шахматах, в ближайшие годы – точно.
– Дай, пожалуйста, совет начинающим шахматистам.
– Ставить перед собой цели и задачи, всегда стремиться к большему, быть достаточно амбициозным и пытаться победить более сильных соперников. Даже если на первых порах сталкиваешься с поражением, то не отчаиваться, продолжать верить в себя и стремиться к большим целям. Это помогает на дистанции. И, конечно, надо любить шахматы. Это вообще относится ко всему: надо любить то, чем ты занимаешься, и тогда всё получится.
Очень важна поддержка: твое окружение, близкие люди, семья, друзья. Нужно себя максимально окружить такими людьми, которые тебя поддерживают. Это чрезвычайно важно! Если изучить биографии многих шахматистов, которые достигли успехов, то в какой-то момент всё равно либо тренер, либо мама или папа шли рядом, поддерживали их, ездили с ними. Вот такие общие советы.
– Влад, большое спасибо и удачи!
– Спасибо!
Фотографии Этери Кублашвили и Леннарта Отеса