19 Апреля 2020

«Символизировать наши будущие дружеские отношения…»

 

Уже была произнесена Фултонская речь Черчилля, и лязг железного занавеса возвестил о начале «холодной войны». В США зафиксировали необычное душевное расстройство: 22-летний шахматный любитель вообразил, что между США и СССР идет война, и при этом настоящий правитель России не Иосиф Сталин, а Михаил Ботвинник. Американец считал, что ему непременно нужно ехать в СССР, чтобы одержать шахматную победу над Ботвинником и добиться мира для Америки. 

Бывшие союзники все больше становились соперниками во всех областях политики и культуры. Тем не менее, летом-осенью 1946 года и советская, и американская стороны рассматривали первую очную встречу сильнейших шахматистов СССР и США как попытку сохранить союзнические чувства недавнего прошлого. «Нью-Йорк таймс» передавала слова «Информационного бюллетеня» советского посольства в Вашингтоне: будущий матч станет укреплением уз дружбы между двумя великими народами, а растущий обмен визитами представителей разных областей культуры двух стран внесет свой вклад во «взаимопонимание и добрую волю». Американская газета добавила, что присоединяется к этому заявлению без единого возражения, поддерживая любые поиски общих интересов. Руководитель американской делегации, главный спонсор американских шахмат того времени Морис Вертхейм, видел в этом своего рода «народную дипломатию». Позже он говорил: «Я думал, что обычные граждане нашей страны смогут сделать все, что в их силах, чтобы поддержать попытки Госдепартамента сделать взаимоотношения с Россией не только деловыми или военными». Ему вторил Кеннет Харкнесс, видный деятель шахматной федерации США: «Самое важное в матче – это неоценимая возможность личных контактов и знакомств».

Напоминанием о союзе недавних военных времен стала искусно выделанная трубка из бриара, поднесенная американцами на приеме в Спасо-Хаусе в честь окончания матча. Она была украшена сидящими за шахматной доской фигурками И. Сталина (с трубкой!) и Ф. Рузвельта. «Не только для того, чтобы запечатлеть соединявшую их дружбу и дружбу американского и советского народов, – говорилось в сопроводительном письме, – но также для того, чтобы символизировать наши будущие дружеские отношения во всех областях». Это сопроводительное письмо на семьдесят с лишним лет осело в секретном партийном архиве, и если трубку можно было увидеть в середине 1990-х на выставке бывшего Музея подарков Сталину, то сопровождающие ее документы до сих пор неизвестны даже историкам-исследователям.



…Ну а матч американцев расстроил: в первом круге они не одержали ни одной победы, и лишь второй выдался действительно боевым: 5,5:4,5 в пользу сборной СССР (а итоге – победа советских шахматистов 12,5:7,5). При этом даже на фоне успеха журнал «Шахматы в СССР» отнесся к сборной довольно строго: «Ведущие советские мастера должны помнить, что за их партиями следят тысячи шахматистов нашей страны, что их ошибки больно отзываются в сердце каждого из них. Советские мастера должны повышать требовательность к самим себе. Симптомы зазнайства, излишней самоуверенности должны быть вырваны с корнем из советской шахматной организации». Пронырливую «Нью-Йорк таймс» больше интересовала материальная сторона соревнования: она сообщала, что все советские участники матча получили денежное вознаграждение – от 1000 до 5000 рублей каждому.