Российская
Шахматная
Федерация
Скачать шахматы бесплатно
11 Октября 2016

Михаил Кобалия: Мы боремся с компьютерным миром за будущее наших юных шахматистов!

Старший тренер юношеской сборной России подводит итоги первенства мира в Ханты-Мансийске


Пока в сочинской «Жемчужине» лучшие игроки России разыгрывали звания самых быстрых, смелых и находчивых в дисциплинах «рапид» и «блиц», в далеком Ханты-Мансийске успеха добилась отечественная команда старших юношей и девушек. В, наверное, самом «фартовом» городе для российских шахматистов наши юные соотечественники взяли целых семь медалей. «Золото» завоевал Семен Ломасов (тренер Константин Месропов), «серебро» – Александра Мальцевская (тренер Александр Галкин), Андрей Есипенко (тренер Дмитрий Кряквин), Александр Тряпишко (тренер Адам Тухаев), Александра Оболенцева (тренер Владимир Вульфсон), Максим Вавулин (тренер Артем Ахметов), «бронзу» – Полина Шувалова (тренер Сергей Загребельный).

О выступлении наших восходящих звезд в беседе с Дмитрием Кряквиным рассказал старший тренер юношеских сборных России гроссмейстер Михаил Кобалия.

– Михаил, поздравляю с отличным выступлением российской делегации! Последние чемпионаты мира заканчивались для россиян неутешительно, известные эксперты говорили о негативных тенденциях, призывая действовать федерацию и ДЮК. Что же произошло? Откуда столько медалей?

– Наверное, сошлось сразу несколько факторов. Во-первых, чемпионат проходил в России. Ведь когда старшие юноши едут на первенство мира, для них всегда есть немало отвлекающих факторов. Когда они прибыли в Ханты-Мансийск, хоть для многих этот город и являлся «терра инкогнито», но всё равно их ждал более привычный уклад жизни, более привычная еда, они находились в достаточно комфортных условиях. Отмечу и прекрасные условия для проживания, предоставленные организаторами. Ребятам не нужно было никаких принципиальных изменений вносить в распорядок дня, не считая двухчасовой разницы с Москвой. Это был очевидный плюс!

Во-вторых, безусловно, в какой-то степени везение. Основные наши участники, чемпионы России и те, кто имел персональное право играть в Ханты-Мансийске за прошлые успехи, были в своих возрастах старшими и зачастую рейтинг-фаворитам: Вавулин, Есипенко. Хотя у девочек были некоторые исключения.

Весной и летом 2016 года Максим Вавулин практически достиг рейтинга 2600

– Как раз хотел об этом спросить. Ведь Саша Оболенцева 2001 года рождения, а играла она не «до 16», а «до 18»?

– Да, Оболенцева вице-чемпионка России в этой возрастной группе. Но я не видел принципиальной разницы между первенствами мира среди девушек «до 16» и «до 18». У старших чуть плотнее верхушка, зато у младших гораздо более крепкая середина, в районе второй десятки есть индуски и иранки с невысоким рейтингом, но приличной практической силой. Та же гречанка Цолакиду, которая стала чемпионкой мира «до 18» лет, ведь она тоже в последний момент перешла из 16-летних в старшую категорию. Поэтому нельзя сам факт игры со старшими сильно переоценивать.

Александра Оболенцева решилась выступать в более старшей возрастной группе

– Значит, родные стены нам помогли?

– Если в прошлом году в Греции все возрастные группы выступали вместе, то сейчас произошло разделение – три старших возраста сражались в России, а младших ждет Батуми. И в прошлом году у нас на всех получилось всего 4 медали. Понятно, что на это были объективные причины, но невезение тоже имело место. А на этом чемпионате россияне доминировали, мы взяли медали во всех возрастных категориях, а в одной вообще завоевали сразу первое и второе места. Это серьезный успех!

– Может, не приехали в Югру какие-то наши конкуренты?

– Про конкурентов я бы такого не сказал. Скорее, не доехали спортсмены из дальних стран, для которых купить билет в Ханты-Мансийск было очень дорого. Поэтому многие федерации посылали только тех спортсменов, которые реально могли хорошо выступить. Например, индусы прислали не такую уж большую делегацию, но всё равно они боролись за медали в своих категориях. Плюс приехали китайцы и взяли «золото», хотя они в последнее время на юношеских соревнованиях, прямо скажем, не блещут. Прибыли американцы. Ввиду отсутствия представителей некоторых «экзотических» стран количество участников оказалось поменьше, но при этом конкуренция была довольно высокой.

Наши восточные конкуренты в Ханты-Мансийске

Тренерская работа в РШФ ведется непрерывно и ее результаты, как мне кажется, положительно влияют на выступления наших спортсменов. Развитие любого шахматиста зачастую происходит скачкообразно: где-то синусоида идет вниз, потом вверх. В прошлом году у нас зашло «ниже ватерлинии», а теперь, наоборот, произошел подъем.

– Кто входил в тренерский штаб?

– Помимо меня были гроссмейстеры Александр Галкин и Сергей Загребельный – официальные тренеры делегации. Еще были наставники, которые приехали со своими учениками и ученицами. Например, Евгений Соложенкин приехал с дочкой, Константин Месропов помогал Ломасову, Владимир Вульфсон опекал Оболенцеву.

–Этого хватает, чтобы поддержать юных россиян в условиях суровой конкуренции?

– На всех первенствах мира и Европы у нас есть официальные тренеры, и мы стараемся, чтобы никто не остался без поддержки. Естественно, в первую очередь это касается тех, кто находится в официальной делегации Министерства спорта – чемпионы страны и те, кто имеет персональное право играть. При этом у нас действует негласное правило, что перед решающими турами любой из российской делегации, кто претендует на медали и кому требуется помощь, обязательно будет подготовлен к партии кем-то из наших специалистов. Если его личный тренер по каким-то причинам не может ему помочь или хочет, чтобы ребенку помог гроссмейстер от РШФ. В этом плане у нас стандартная практика, которая действует много лет.

– Опять-таки, турнир проходил в России, и в результате этого крымчанин Саша Тряпишко получил возможность сыграть в чемпионате?

– Да. Потому что страны шенгенской зоны на данный момент для него закрыты.

Александр Тряпишко - единственный шанс без права на ошибку

– Читатели сайта РШФ спрашивают: какие тенденции сейчас в нашем противоборстве с индийскими юношами, стоит ли от них ждать реванша в Батуми?

– Все началось в 2012 году, когда мы с ними на первенстве мира поделили первое место. У нас совпало количество золотых, серебряных и бронзовых медалей и даже дополнительные показатели в виде количества очков всех призеров оказались абсолютно одинаковыми. Победителя так и не выявили, общекомандное первое место разделили между Россией и Индией. В последующие годы индусы выигрывали уже единолично и с большим запасом.

Что касается Батуми, то традиционно у индусов младшие возраста представлены ярче. И медалей, как правило, они больше берут в младших возрастах. В Ханты-Мансийске их девочка победила «до 16», так что в Грузии у представителей родины шахмат хорошие шансы развить успех.

– Читатель Юрий Н. пишет взволнованно: «Долгое время в Иране шахматы были под запретом, и вдруг они дважды обгоняют Россию на юношеской Олимпиаде!» Что происходит в Иране, откуда там появилась такая мощная шахматная школа?

– Шахматы в Иране были запрещены много лет назад, а первые иранские гроссмейстеры уже несколько десятилетий выступают в международных турнирах. Сейчас в Иране проводится много соревнований. Кроме того, для тренерской работы привлекаются различные специалисты, в том числе из бывшего Советского Союза. В частности, из России туда приезжало немало известных тренеров. И это был не второй эшелон, а специалисты самого высокого уровня! Например, тренером сборной на протяжении нескольких лет у них работал Константин Ланда, который отличался с Ираном на Азиатских играх.

Кроме того, запрет запретом, но шахматы органично вписываются в иранскую культуру. Для них это не чуждая игра, есть что-то на генетическом уровне.

– Но какие-то недостатки у них должны быть?

– Иранцы в силу своей физиологии взрослеют очень рано и к 14-15 годам представляют собой серьезную силу. А проблема их в том, что игроки уровня 2500 не доходят до 2600. На юношеских Олимпиадах Иран выигрывал два предыдущих года и случайно не выиграл три года назад; у них мощная команда, они являются рейтинг-фаворитами. Видимо, в Иране существует планомерная работа, которая позволяет готовить сильных юношей. А потом на каком-то уровне возникает некий провал.

Чем славилась советская шахматная школа? Молодой шахматист планомерно поднимался, получал набор различных знаний, навыков и умений, что позволяло довести его до очень серьезных высот. У иранцев же было несколько шахматистов, которые и в юношеском возрасте блистали, и 2500 очень рано набрали, а потом переставали расти. Проходит 3-4 года, они играют примерно в ту же силу! Некоторые, конечно, на таланте как-то пробиваются. Последний раз у них на первой доске играл Пархам Махсудлу, мастер с 2566, который в прошлом году участвовал в Кубке мира среди мужчин.

– Если я не ошибаюсь, в последний игровой день участник Кубка мира уступил нашему Тимуру Фахрутдинову?

– Он был обыгран в Ханты-Мансийске и Фахрутдиновым, и Тряпишко. Но есть один нюанс: иранцы, как и представители кавказских и азиатских стран, в командных турнирах всегда играют сильнее, чем в личных! Тот же Махсудлу, несмотря на свой высокий рейтинг, чемпионом мира в личном зачете не был. Но в юношеских Олимпиадах у иранских лидеров появляется командный дух, ответственность за результат у них гораздо выше.

Приведу простой пример. В Иране есть два первых номера с высокими рейтингами, которые участвовали в первенстве мира до 16 лет. Это тот же Махсудлу и Амин Табатабей. Наш Александр Тряпишко в Ханты-Мансийске обыграл обоих, потом и Фахрутдинов пробил Махсудлу. Но на юношеских Олимпиадах у них счет со сборной России 5:0. Пять – ноль! Махсудлу обыгрывал не только Ханина, но и, будучи помладше, Вавулина. В тот момент, когда Вавулин показывал перфоманс под 2700! Но единственную партию он проиграл иранцу. Не устоял с ним в последний раз и Голубов. Тот же Табатабей побеждал Горячкину, находившуюся в хорошей форме, а затем Есипенко. В прошлом году, например, он набрал 9 из 10 на второй доске. Т.е. в командах они играют совсем по-другому.

На детской Олимпиаде-2016 Андрей Есипенко был близок к победе над иранцем Фирюзой, но и это не помогло россиянам в главном матче турнира

– Помню, я ставил новость на сайт РШФ про очередной тур на детской Олимпиаде, где наши играли с иранцами. Впечатления от фотографии были своеобразными: наши «карандашики» сидели за столиками против, казалось, университетской команды!

– Да. Еще пять лет назад, когда я только начинал тренировать юношескую сборную, в матче против Ирана с Даней Дубовым играл очень приличный шахматист по фамилии Идани. Сейчас это хороший гроссмейстер, но и тогда он уже играл весьма прилично. Разница, конечно, ощущалась: практически мужик сидел напротив Дубова. Кстати, Идани тоже остановился в своем развитии. Махсудлу, который готов «пробить планку 2600», скорее исключение из правил.

– А среди наших призеров Ханты-Мансийска есть те, кто скоро «пробьет планку» и выйдет к уровню сборной?

– Две девушки 2001 года рождения у нас выделяются, это Александра Оболенцева и Полина Шувалова. Они и в женских шахматах показывают очень достойные результаты. Шувалова выиграла взрослый чемпионат Москвы с результатом 8,5 из 9 и на командном чемпионате в «Жемчужине» сыграла хорошо. Оболенцева делила первое место на «Moscow Open». Саша и Полина выделяются, у них виден постоянный подъем. Их медали здесь закономерные.

Александра Мальцевская стала чемпионкой Европы «до 14», сейчас взяла «серебро», ее рейтинг превышает отметку 2300. Все-таки рейтинг, несмотря на пресловутое «четырехкратное умножение», достаточно объективный показатель. Мальцевская уже играла в женской Высшей лиге и проявила себя с лучшей стороны. Как часто у нас бывает, с юными девушками более радужная перспектива, чем с мужчинами.

Сил Александры Мальцевской после Ханты-Мансийска хватило и на командный чемпионат России по блицу в "Жемчужине"

Восходящая звездочка столичных шахмат Полина Шувалова

– Почему?

– Может быть, связано это с тем, что конкуренция у мужчин выше. Поэтому чтобы пробиться наверх у мужчин, требуется больше времени, сил и работы. У женщин при грамотно поставленном тренировочном процессе и хороших исходных данных, а также других сопутствующих факторах, путь в сборную намного ближе.

– Читатели как раз интересуются, с кем тяжелее было работать тренеру Михаилу Кобалия: с женщинами или с юными талантами?

– Мне кажется, все-таки с юношами. С женщинами – это был уровень олимпийской сборной, где я работал тренером. Все ее члены сформировались к тому моменту как личности и как шахматистки. Разные, но взрослые люди, с которыми было легче найти общий язык. И вопросы были чисто профессиональными, на которые требовались профессиональные ответы. Не надо объяснять по три раза, и так далее. Поэтому хоть все и говорят, что с женщинами сложно работать, сложно смотреть их партии и за них переживать, но все-таки с женщинами было проще!

С юношами и девушками куда больше проблем из области педагогики. Приходится постоянно находить какие-то подходы. И нынешнее юное поколение куда больше подвержено внешним раздражителям. Не только компьютерные игры… Иногда смартфон или ноутбук заменяют для молодого спортсмена всё в этом мире! Это суровый и страшный конкурент развитию ребенка, и ситуация в связи с этим не очень приятная. Приходится принимать крайние меры. В этом году для юных шахматистов запустили программу «Сириус», где на шахматном отделении работают постоянные тренеры – Михаил Шерешевский, Константин Сакаев, Владимир Беликов и другие известные специалисты. Так вот, там есть общие правила для «Сириуса», что телефоны детям выдаются только на час в сутки – позвонить родителям.

– Но на первенствах Европы и мира старший тренер юношеской сборной не имеет полномочий отобрать у молодежи телефон? Или проверить на компьютере, сколько часов в сутки тот играл в покер, а сколько общался в социальных сетях с девушками из других команд?

– Понятно, что младших детей можно ограничивать, но на соревнованиях, где играют ребята постарше, такие меры, к сожалению, уже не проходят. Конечно, это очень сильно отвлекает. Это для них компьютерный мир и времяпрепровождение, и главный авторитет, и многое другое... Туда уходят и силы, и способности. Много времени приходится тратить на то, чтобы донести до молодежи информацию, много сил, чтобы получить какой-то отклик. Ведь нужен отклик, чтобы сам юный шахматист осознал, что такое хорошо, а что такое плохо. Приходится бороться, доказывать какие-то вещи, которые для моего поколения были очевидными.

Поэтому просто невозможно сравнивать женскую сборную, где этим всем заниматься не приходилось, с нынешним кругом проблем детско-юношеских шахмат.

– В этом плане Михаил Кобалия – тренер-диктатор вроде Трефилова, Карполя, Мамиашвили? Или тренер-демократ?

– Не мне судить, какой я тренер. Стараюсь подходить ко всем индивидуально. Кому-то скажешь доброе слово, вселишь уверенность, и человек полетит, как на крыльях. А для кого-то, к несчастью, единственный метод – только кнут! Потому что пряник не работает. Было бы очень удобно – иметь один универсальный метод. Есть какие-то общие моменты, без которых нельзя, в первую очередь – дисциплина. Столпы, без которых не обойтись. Во всех остальных областях самое важное – соблюдать адекватность.

Всё познается в сравнении. Поэтому нельзя утверждать, что я диктатор, но не сказал бы, что я излишне мягок. Мы ведь работаем на результат! Кому-то, грубо говоря, надо, чтоб он больше занимался во время турнира, а кого-то, наоборот, надо останавливать. Одни решают задачки и после партии, и перед партией! Но тебе все-таки главное – партию играть, а не решать. А другие вообще к шахматам не притрагиваются ни до партии, ни после. Так что во главе угла адекватность и индивидуальный подход. У нынешнего поколения детей, особенно если говорить о возрасте 14-16 лет, уже свои представления о жизни, зачастую весьма специфические.

Загадочный и специфический мир современных детских шахмат

– Как складываются отношения старшего тренера юношеской сборной с родителями? Есть ли сейчас такие отцы, каким был Рустем Камский?

– Возможно, есть и такие. Но дело в том, что всё происходит за закрытыми дверями, не на людях. Мне кажется, что в нынешнее время подобные крайности – все-таки довольно редкое явление. Скорее, больше проблем с тем, что многие родители возлагают очень большие надежды на детей и больше заинтересованы в результате, чем сами дети. И в итоге, когда этого результата они не достигают, случается психологический слом, который иногда выливается в пагубные действия. Так что, когда родители делают слишком большую ставку на шахматы, а потом все их усилия не оправдываются, они зачастую наносят травму сами себе и ребенку тоже. И потом непонятно, как продолжать и что делать дальше. Конечно, если хочешь достичь в какой-то области серьезных успехов, ты должен поставить на кон всё. Просто не все достигают этих самых серьезных успехов.

Шахматы, особенно в младших возрастах, довольно популярны. Многие родители считают, что заниматься ими полезно. Если будут успехи, то хорошо, а если нет – то ничего страшного. Но есть и те, кто очень ревниво относятся к достижениям своих детей в сравнении с чужими успехами. Без этой позиции не бывает чемпионов, но для того чтобы стать чемпионом, должны быть серьезные основания, предпосылки. Но часто амбиции бывают беспочвенными, а потом возникают серьезные семейные проблемы.

– С открытием «Сириуса» появилась такая система в подготовке юных спортсменов, которая будет существовать десятилетия и штамповать чемпионов?

– Если система не прогрессирует, значит, она регрессирует! Поэтому достичь оптимума в подготовке наших юниоров, к сожалению, невозможно. Наши конкуренты постоянно усиливаются, постоянно совершенствуются. Появился «Сириус» – это прекрасно! Но я хотел бы сказать еще об одной важной вещи.

Большинство детей у нас или не приучены, или не готовы к самостоятельной работе. С сопутствующими сдерживающими факторами – играми, смартфонами, социальными сетями. Для россиян сейчас это всё очень актуально. Понятно, что раньше, когда компьютеров не было, все читали книжки, занимались дома, развивались, и были поколения шахматистов, которые и сейчас составляют элиту мировых шахмат, основу взрослой сборной.

Самостоятельная работа – это основа! Прекрасно, когда есть в течение года 2-3 сессии в «Сириусе», но «Сириус» существует и для того, чтобы показать, как работать и получать пользу от занятий. Так, у многих юных российских шахматистов проблема с эндшпилем. Да, можно на сборе показать основные позиции, можно их наиграть. Но если это не закреплено самостоятельной домашней работой, если человек сам не дошел до каких-то выводов, то материал усваивается очень плохо! Вспомните, что на эту тему говорил Марк Дворецкий. Даже у сильных шахматистов всё забывается без закрепления, без повторения, без переигрывания второй раз на доске, без того, чтобы эндшпильные механизмы становились навыками. Еще раз повторю, проблема с эндшпилем у большинства наших спортсменов. Сколько раз там терялись важнейшие очки!..

А какую стадию наши шахматисты играют хорошо? Да, не выигранный или даже проигранный пешечный или ладейный эндшпиль присутствует обычно в каждом обзоре с первенств Европы или мира.

– Может быть, самая сильная сторона у наших шахматистов – это миттельшпиль. А вот в эндшпиле и даже дебюте многие «плавают». Даже сильные ребята, которые, вроде бы, что-то знают. Отсутствует систематический подход, выработанная дебютная стратегия, конкретные наработки, самостоятельные идеи. И очень важно, что не хватает психологии – что с кем и когда сыграть? Очень тяжело играют решающие партии.

Да, на соревнованиях в Ханты-Мансийске у нас медали во всех категориях, но мы взяли только одно «золото». При том, что за два тура до конца у нас четыре человека лидировали в четырех категориях со средним отрывом практически в одно очко! Очень серьезный отрыв, и мы могли взять куда больше золотых медалей. Понятно, что это была бы сказка – целых четыре «золота» на чемпионате мира!..

Из россиян бремя лидерства выдержал лишь Семен Ломасов. Правда, и здесь не обошлось без осечки в последнем туре

– Почему не справились? Кажется, была уже какая-то статья старшего тренера на эту тему?

– У каждого были свои причины: у кого-то не хватило физических сил, кто-то не справился с психологией, третьи, наоборот, посчитали, что лучше синица в руках, чем журавль в небе. Как я писал год назад, в решающих турах нужно прилагать сверхусилия, где-то себя переламывать, что-то в себе менять. Без этого не приходят большие победы, нужно на решающие партии искать скрытые резервы! Такая ситуация уже встречалась. Три года назад, когда мы на чемпионате мира лидировали с большим отрывом, а в итоге проиграли по две партии на финише.

– Имеется в виду выступление Кирилла Алексеенко?

– Алексеенко и Анна Васенина намного опережали конкурентов после 9 туров. Психологическое бремя лидера – очень тяжелая ноша. И в этом плане 11 туров чемпионата мира куда тяжелее дистанции в 9 туров чемпионата Европы, где россияне всегда доминируют. И бывает, что в возрастах, где на мире и Европе практически одни и те же конкуренты, не считая парочки азиатов, мы недосчитываемся медалей.

Просто так с этим не справиться. Нужно и специальную литературу читать, и кому-то работать с психологом. На сборы РШФ регулярно приезжает спортивный психолог и проводит консультации. Но беда в том, что многие наши ведущие спортсмены считают: мы и так все сильные, мы и так всё знаем! Только вот срыв у таких игроков в последних турах следует за срывом, и случайностью это уже не назовешь.

Психология, физическая выносливость, психологическая устойчивость, нахождение внутренних ресурсов, способность поменять настройки – всё это путь из детских шахмат во взрослые. Можно из раза в раз говорить: «Необъяснимо», «Не повезло», «Заболело что-то». Но толку от этого не будет! Вся наша тренерская группа старается помочь, настроить, направить. Но когда у ребят нет внутреннего посыла в силу возрастных проблем, то невозможно достучаться. Стучи-стучи, а дверь может остаться закрытой, к сожалению.

– Практика с разделением чемпионата мира – это эксперимент или теперь так будут играть каждый год? И каких результатов нам ждать от младших возрастов в Батуми?

– На следующий год на первенстве мира пока в календаре стоит, что разделение продолжится. А первенство Европы останется единым.

Что касается Батуми, то однозначно будет тяжело. Даже если взять такой фактор, как количество участников. Это связано не только с географией, но и с тем, что в младших возрастах всегда шахматистов больше, гораздо больше занимающихся, соответственно, и конкуренция гораздо выше. Это значит, что количество очков, необходимое для первого места, куда больше. В 11 турах надо набирать 9,5-10 очков, и чтобы коэффициент при этом не подвел.

Я всегда говорю, что любая медаль «до 8» или «до 10» – это как «золото» в старшей возрастной группе. Учитывая, какие нагрузки ложатся на организм маленького ребенка. Сейчас мы готовим в «Сириусе» детей 10-13 лет, но отделение открылось только в этом году. Срок прошел очень маленький, чтобы о чем-то серьезно говорить. Если сразу придет результат, это прекрасно! Но конкуренция будет сумасшедшей, и, к сожалению, думаю, что такого количества медалей, как в Ханты-Мансийске, в Батуми не будет.

Индия, США, Китай, Иран, Грузия, Армения, Азербайджан, сейчас еще очень здорово прибавили бывшие советские республики Средней Азии. Поэтому каждая медаль на вес золота. Конечно, у нас есть серьезные спортсмены, у нас немало чемпионов Европы, есть и чемпионы мира прошлых лет – есть на кого надеяться. Но будет очень тяжело.

В старших возрастах меньше участников, и одна осечка все-таки оставляет тебе шанс догнать лидеров, выиграть несколько партий и вернуться «в строй». А у младших права на ошибку почти нет. Но, в любом случае, мы приложим все усилия для достижения цели!



← Вернуться назад
Подписаться:
Нажмите на название месяца, чтобы посмотреть все новости за данный месяц.

Нажмите на любой день месяца, который подчеркнут и является ссылкой, чтобы посмотреть все новости за этот день.